Хороший мальчик. Строптивая девочка (СИ)

Какое мнение?! Ну они же что-то там чувствуют… Меня опять охватывает нелепая паника, и я не нахожу ничего лучшего, чем схватиться за голову, а там эта грёбанная шапочка, и даже до волос не добраться. Ну что за… невезуха!

Родитель с интересом наблюдает за мной, сдерживая свои ухмылку и комментарии, хотя ему хочется, я же вижу. При этом, не забывая мерно покачивать мелкого на своих руках. Значит уже мелкого? Не ребёнок, не младенец, не личинка… эх.

— Давай, — страдальчески сдаюсь я, нелепо выставляя руки перед собой. Папа не улыбается, лишь понимающе кивает.

Подходит ко мне и начинает перекладывать свою ношу мне в руки, помогая правильно сложить их.

— Головку придерживай, — мягко напоминает мне.

— Помню, — до последнего сопротивляюсь я.

И тут он отходит в сторону, а до меня доходит, что именно лежит у меня в руках. Он лёгкий, он очень лёгкий… настолько, что у меня моментально начинает ломить руки от страха, а вдруг я уроню его? Или же неправильно дыхну на? Посмотрю? Божеее… Но ничего не происходит. Ребёнок… ладно, Никита, внимательно разглядывает меня, или мне так только кажется? Я смотрю в его тёмные глаза и тону, тону в собственных чувствах и неясном мне приступе нежности, ностальгии и фиг ещё знает чём.

— Привет, — вырывается само по себе. И до ужаса хрипло, ещё хуже, чем у отца.

— Знакомься, это Стас — твой старший брат, — тихо говорит отец у меня под боком. — Он клёвый, хоть местами и бестолковый. Но я уверен, что он тебе понравится.

Ну вот опять… Что он там обо мне думать-то будет.

— Я тебя в футбол играть научу, — уверенно заявляю я, пока папа не сморозил очередную глупость. Затем судорожно вспоминаю, что же ещё такого я умею делать… — И машину водить.

И снова нелепая мысль, что отец этому всему и без меня сможет его научить. Меня же научил. То ли дело Дамир со своей борьбой, или Рома с игрой на барабанах и графическим дизайном, или наш Кир с любовью ко всему миру и шириной плеч с хорошего качка.

— А ещё он тебя будет очень любить и оберегать от всех бед, — мягком подсказывает отец, а я заливаюсь краской.

Мы стоим всего ничего, а у меня уже руки онемели. Папа осторожно проводит пальцем по крохотному носу Никиты.

И я с силой вглядываюсь в это маленькое сморщенной личико. Если честно, то мама однозначно посимпатичней будет.

— Похож-похож. Глаза, нос…

— У нас у всех глаза одинаковые, — зачем-то спорю я.

Папа проводит ещё раз по его личику, и Никита очень забавно морщится. Ну, хоть рефлексы у человека в норме.

— Забавно, — сам себе под нос шепчет он.

Но отец не спешит с ответом. Поэтому зову его:

Он как-то печально улыбается, отчего мне становится не по себе.

— Мои первый и последний сыновья. Кто бы мог подумать, что в жизни всё выйдет именно так…

Почти всю ночь мы просидели под дверями реанимации.