Никогда не верь пирату

– Мы можем чем-то помочь?

Зеленовато-карие глаза Мэри всматривались в лицо Даньелл.

– Вряд ли, – вздохнула Даньелл.

– Помочь можно всегда, пусть даже немногим. Оставайтесь здесь.

Миссис Хаклберри поднялась и поспешила вниз.

Мэри уселась на ее место и снова сжала руку подруги:

– Мне очень жаль твою ма, Даньелл.

– Все в порядке. Спасибо за то, что выслушала.

– Моя ма всегда говорила, что если хочешь почувствовать себя лучше, смени тему.

– Хороший совет. – Даньелл выдавила улыбку. – О чем же нам говорить?

Мэри с задорной улыбкой повернулась к подруге.

– Я рада, что миссис Хак ненадолго ушла. Хотела спросить вас о том вечере с мистером Кавендишем, когда вы вместе пили.

– Вы об этом знаете? – ахнула Даньелл.

– Со всеми разговорами о Треворе я совершенно забыла спросить, когда пришла к вам в спальню. Не волнуйтесь. Миссис Хаклберри ночью велела мне подкинуть дров в камины больших комнат, поскольку я единственная не спала. Клянусь, я услышала, как вы разговаривали в библиотеке, и потихонечку ушла. Честное слово, я не подслушивала.

– Все в порядке, – рассмеялась Даньелл. – Я вам верю. Если вы и подслушивали, значит, знаете, что мы выпили вина и он рассказал мне о себе и брате.

Брови Мэри взлетели вверх.

– Вино? Считаете, он хотел напоить вас и затащить в постель?

– Мэри Хартфилд, подумайте, прежде чем говорить.

Даньелл снова рассмеялась при виде очевидного восхищения в глазах девушки.

– Боже! Хотела бы я, чтобы меня напоили и затащили в постель, – фыркнула Мэри, широко улыбаясь.

– Он действительно наговорил мне немало дерзостей, – покачала головой Даньелл.

– Со мной он может быть каким угодно дерзким. Он пытался украсть поцелуй?

– Оставляю это вашему воображению.

– О, не знаю, следует ли это делать. Мое воображение тоже слишком дерзкое.

Горничная немного помолчала:

– Боюсь, нет. Для того чтобы опьянеть, мне нужно выпить немного больше, чем два бокала вина.

Мэри сосредоточенно наморщила лицо.

– О чем вы? – начала она, но тут же ахнула: – Вы раньше бывали пьяны, мадемуазель?

– Да, много раз, – хихикнула Даньелл.

Контрабандисты пили. Это был их образ жизни.

– Полагаю, французы пьют больше англичан.

– О, я обнаружила, что жители обеих стран любят вино и крепкое спиртное равным образом, – отмахнулась Даньелл.

Мэри подалась вперед и оперлась локтями о колени:

– Каково это – быть пьяной?

Даньелл наклонила голову набок и немного подумала:

– Как будто у тебя совсем нет забот. И все кажется смешным.

– По крайней мере, для меня. Я знала людей, которые, напившись, злятся или засыпают, или грустят.

Мэри недоуменно моргнула:

– Хотите сказать, для каждого по-своему?

– Вероятно, да. Мой отец говаривал: что у трезвого на уме, то у пьяного на языке.