Отрок. Перелом
Интересно, сам по себе – или еще с кем-то советовался?
Сделав для себя это неожиданное открытие, Егор и сам не заметил, как расплылся в улыбке: выходит, не одинок он в своих стараниях!
«За такое не обидно и дураком себя почувствовать!» – вынырнув из своих размышлений на этой мысли, Егор обнаружил, что чуть не уткнулся носом в чей-то забор. Хмыкнул про себя, дескать днем на ходу спит, потер непонятно с чего занывший лоб и огляделся.
Неподалеку виднелась крыша Анисимова дома, и до отъезда Первака оставалось все меньше и меньше времени. Разговор с десятком предстоял очень серьезный: не каждый день принимаются решения, которые резко меняют всю жизнь, поэтому Егор и не спешил, перебирая в уме те события, которые сами собой подталкивали его к нужному выбору.
Возвращаясь с огородов, Егор меньше всего ожидал нападения возле самого Ратного. А потому человек, шагнувший вдруг наперерез ему из-за дерева и перехвативший коня за узду, оказался для десятника полной неожиданностью.
Впрочем, конь чужого почуял бы не хуже собаки и дал бы знать хозяину, а коли не беспокоился и не шарахнулся прочь, значит, это кто-то ратнинский. Однако свой или не свой, но добром так не встречают, и меч в ножнах не задержался – воинская выучка подумала быстрее самого Егора.
– С кем воевать собрался, Егорушка?
– Что надо, Корней? – Егор поджимать хвост не собирался, да и понимал: хотели бы его убить, он бы уже мертвый лежал.
– А ты старшим не груби. Али не учили? – усмехнулся сотник. – И с коня слазь, а то невежливо. Я пешим, хоть и на одной ноге, а ты передо мной верхом. Слазь, говорю! – последние слова больше напоминали рык.
Меч Егора лежал у ног Андрея Немого, стоявшего тут же, а засапожником много не навоюешь. Да и вправду невежливо.
– Что надо? – соскользнув с седла и встав против Корнея, снова поинтересовался Егор.
– Мне? – почти удивился сотник. – Да сущие пустяки. Хотел спросить тебя по-соседски: ты репу у кого нынче покупать думаешь? Своей-то тебе до осени не хватит.
– А тебе что за дело? – насупился Егор. Запасов в хозяйстве и впрямь оставалось маловато.















