Последнее лето ярла Ульфа

Шестеро продолжали двигаться. Переговорщики?

Я сделал знак лучникам: не стрелять.

Шестеро остановились шагах в двадцати от ворот. Один из них стянул с головы шлем.

Я узнал его. Один из ярлов Сигурда. Я помнил его прозвище. Крум, то бишь Сутулый. А вот имя вылетело из головы.

Хорошо это или плохо? Не знаю. То, что он обозначил готовность к переговорам, ни о чем не говорит. А вот то, что ни на одном из кораблей я не увидел знамени Змееглазого, намекает на нехорошее. Например, на то, что этот Сутулый нынче сам по себе.

Учитывая, что совсем недавно я лично завалил одного такого «освободившегося» ярла, то очень даже возможно.

Вот только есть разница между одним драккаром и четырнадцатью.

В отличие от меня Медвежонок неплохо запоминал имена. А еще он никого и ничего не боялся.

– Скульд-ярл! – заревел он. – Ты зачем приперся? Поговорить или подраться?

– Сначала поговорить! – крикнул снизу Скульд. – А потом как пойдет!

– Ну так говори побыстрей! День нынче жаркий! Я уже вспотел!

– Не с тобой! – рыкнул Скульд. – Мне нужен твой мелкий родич Ульф Хвити! Где он прячется?

– Ярл Ульф Хвити! – гаркнул я. – Обращайся ко мне так или я буду звать тебя Сутулым!

– Зови как хочешь! – разрешил Скульд. – Только встань поближе. Например, спустись со стены, если боишься открыть ворота! Но держать интригу и тянуть кота за хвост все же не стал: – Сигурд Рагнарсон велел тебе идти с нами!

– Вообще-то я человек Ивара, – рискнул я возразить. И выпростал наружу бляху с лучником Бескостного. – Сигурду я не повинуюсь.

Скульд картинно огляделся.

– Что-то я не вижу здесь Ивара, – сообщил он с глумливой ухмылкой. – Зато вижу кое-что другое.

– И что же? – спросил я.

То, что этот громила все еще под Сигурдом, а не сам по себе, это, наверное, хорошо. А вот то, что ему плевать, что я под защитой Ивара, это плохо. Потому что беспредел. А Ивар беспредела не допустит. И Змееглазый тоже. Братья друг друга уважают. Следовательно, два варианта. Первый – Ивара убили там, в Англии. Второй, более вероятный, – Сутулый не опасается, что я пожалуюсь своему боссу.

– А то, Хвити, что я намерен забрать тебя с собой, – «порадовал» меня Скульд.

– А если я не соглашусь?

– У меня здесь восемь сотен парней, охочих до жратвы и девок, – озвучил очевидное Сутулый. – Сигурд велел мне взять тебя с собой, но насчет твоей родни он не сказал ничего. Так что выбирай: страндхуг или война?

Если перевести на человеческий язык, мне предлагался выбор между честью и смертью.

Примерно такой же покойные Йоран с Кетилаугом предложили моим женам.

Я поглядел на наглого от осознания силы ярла и озвучил:

– Мой конунг ошибался, – сказал Сутулый. – Он сказал: ты умен и хитер, как Локи. Он сказал: ты пригодишься нам в Гардарике. Теперь я сомневаюсь. Я сказал: нас восемь сотен.