Измена. (не) Любимая жена (СИ)

Я будто в пропасть добровольно шагала. И знала же, что за обрывом только страшный полёт вниз, на самые камни, а шаг замедлить уже не могла.

— Видимо, — отозвался Герман. — Видимо, самое время. И я хочу, чтобы ты была со мной совершенно честна.

Глава 52

Я?

А при чём же здесь моя честность?..

Но я не стала задавать никаких вопросов.

— Герман, я всегда с тобой честна. Вот только какой в моей честности толк, если ты всё равно мне не веришь?

— Честность и нечестность может принимать разные формы. Досадно, что мне пришлось пройти через настоящий ад, чтобы окончательно это понять.

А вот я до сих пор не понимала.

— Извини, но не уверена, что мне тут хоть что-нибудь ясно.

— Нечестность — это необязательно ложь. Это ещё и отказ говорить правду.

Внутри меня что-то тоненько тренькнуло, будто его слова невольно задели потайную струну.

Да, я ему не врала, но и всей правды не говорила. Это касалось и корпоратива, и недавних событий. Тут он был полностью прав. Но и молчала ведь я совсем не потому, что мне это нравилось. Я же ему говорила, почему не всегда готова открыться.

Его крутой нрав, может, и не железное оправдание, но и всю вину целиком взваливать на свои плечи я не намерена. Это будет просто нечестно.

— Герман, я ведь уже говорила. Мне сложно с тобой…

— Я знаю, — не стал дослушивать он. — Я понимаю. Поэтому и прошу тебя об этом сейчас.

Я наконец-то отпустила его ладонь, сцепила руки перед собой, надеясь, что дрожь в накрепко переплетённых пальцах он не заметит.

— Хорошо. Да. Я… я согласна.

— Рад это слышать.

Ну, и кто первым начнёт?

— Потому что мне очень хотелось бы знать, почему ты не рассказала, что приезжала в мой офис. И не рассказала, что там стряслось.

Ох…

Я не удержалась, бросила на супруга испуганный взгляд.

Спрашивать, с чего он решил, смысла, само собой, не было. Наверное, его секретарь что-то такое упомянула.

— Ольга сказала, что ты выглядела очень расстроенной, — подтвердил мои опасения муж."

"Он припёр меня к стенке. Я за всеми своими переживаниями ни секунды не задумывалась над тем, как буду всё объяснять, если муж вдруг потребует от меня ответов.

И каких-то несколько безумных мгновений я балансировала на самом краю, будто всерьёз размышляла над тем, чтобы всё-таки попытаться увильнуть от расспросов.

Но то были всего лишь мгновения. Мгновения слабости.

— Я боялась, что ты возьмёшься разбираться в нашей запутанной ситуации самым… самым радикальным способом.

И я ведь до сих пор не знала, где он был и что делал. А когда с час назад завидела его в окровавленной рубашке, все мои страхи вгрызлись в меня с новой силой. Он и представить себе не может, что я пережила за те пару минут, пока он всё мне не объяснил.

Герман молчал, смотрел куда-то в сторону.