Ранг неизвестен

Как будто они пили — и не могли напиться, ели — и это не приносило насыщения, любили — но и наслаждение не удовлетворяло, и потому в мучительных попытках вернуть нечто утраченное они обнажали все новые и новые грани, превращая радость — в безумие…

К счастью, на меня не действовала странная магия этого места, заключенная в музыке, ментальной ауре, голосах и запахах. Возможно, кого-то послабее мысленное поле Чертога Вечного Пира захватило бы и унесло, настроило на свою волну, подобно могучему концерту, в котором тонет одиночный голос, однако я остался холоден и равнодушен. Подарок Хитрейшего действовал — оставалось лишь радоваться, что Скай посоветовала не скупиться. Залиа заметила это и предложила, ненароком обвивая рукой мою талию:

— Ты так напряжен, мой хладноцвет… Расслабься, ты среди друзей. Выпей…

Она ловко поймала левитирующий кубок, наполненный пузырящимся алым вином… или кровью? Я молча отвел протянутую руку в сторону, и Залиа, ничуть не обидевшись, продолжила:

— Может, кровь тебя согреет? Я слышала, ты хорош в бою… Покажешь?

— Я здесь не для этого.

— Мой цветочек, мы все здесь для этого…

Она провела меня сквозь этот ад к самому подножию статуи, где находилось небольшое возвышение с троном из золотых лепестков, на котором восседала еще одна женщина. Даже среди Золотых Варваров она выделялась — почти обнаженная, и это «почти» было опаснее любой брони. На ее коже извивались и пели — в прямом смысле пели — рунные татуировки, волосы были цвета меди, глаза сияли Звездной Кровью, а руки лениво перебирали ожерелье из черных, мерцающих золотым ореолом монет.

Но самым важным, что я заметил, был огромный золотой Предмет возле ее трона. Он действительно походил на фонтан — зеркально черный, будто обсидиановый, наполненный и источающий странный жемчужный туман. В его клубах кружились странные призраки, и я внезапно узнал одного из них.

Нет, не Винсент, а Марк Кассиди — такой, каким он мог бы стать. Наш рикс явно создал аватар, отражающий время его молодости, — брутальный темноволосый воин в самом расцвете сил, прекрасно узнаваемый даже в виде бестелесного призрака.

Товар демонстрировали лицом.

Значит, это и есть Фонтан Грез.

— Сто Голосов, наш экзарх, — прошептала мне Залиа, почти касаясь губами уха. Ее цветочный венок щекотал, и я вдруг понял, что это вовсе не украшение — цветы росли прямо из кожи Восходящей. — У меня есть для тебя дар, цветочек. Он поможет…

Она протянула мне цветок, изломанный хрустальный бутон на тонком стебле, источающий упоительный аромат. Предмет, он отливал серебряным фреймом и Звездной Кровью, но, помня о предупреждении Морвейн, я остался неподвижен и лишь покачал головой.

— Как интересно, — произнесла женщина на троне, наконец поворачивая к нам свое лицо.