Анжелика. Путь в Версаль

 – Ну не чудо ли? Этот человек не чувствует боли, хотя зубы у него сидят крепко. А благодаря какому чуду он не чувствует боли? Благодаря чудодейственной мази, которую я положил ему на десны перед операцией. В этой маленькой склянке, дамы и господа, содержится средство для забвения от всех бед и болей. С моим волшебным бальзамом вы не будете страдать. Я вырву вам зуб, а вы даже не почувствуете. А теперь, друг мой, продолжим.

Пациент поспешно открыл рот. С проклятиями и громким уханьем шарлатан принялся вновь возиться с неподатливой челюстью.

И наконец, издав победоносный возглас, Большой Матье воздел над головой клещи с зажатым в них строптивым моляром:

– Ну вот! Испытывали ли вы боль, друг мой?

По-прежнему улыбаясь, пациент поднялся с колен и отрицательно покачал головой.

– Что я могу добавить? Вот человек, пытку которого вы только что видели. А теперь он уходит как ни в чем не бывало. Благодаря чудодейственному бальзаму, которым из всех лекарей пользуюсь лишь я, теперь все будут без колебаний избавляться от своих зловонных желтых гнилушек, позорящих рот честного христианина.

Люди будут с улыбкой приходить к зубодеру. Оставьте сомнения, дамы и господа! Приходите! Боли больше нет! БОЛЬ УМЕРЛА!

Пациент тем временем нахлобучил свою островерхую шляпу и спустился с возвышения. Анжелика последовала за ним. Ей хотелось подойти к нему, но она опасалась, что он ее не узнает.

Теперь он шел вдоль набережной Морфондю, на которой высился Дворец правосудия. Сквозь надвигающийся с Сены туман Анжелика видела его странную тощую фигуру. И снова он показался ей нереальным. Он шел очень медленно, останавливался, делал еще несколько шагов.

Неожиданно он исчез. Анжелика вскрикнула. Но быстро сообразила, что человек просто спустился с набережной на три или четыре ступеньки. Не раздумывая, она тоже бросилась к лестнице и почти столкнулась с опершимся о стену незнакомцем. Согнувшись пополам, он глухо стонал.

– Что случилось? Что с вами? – спросила Анжелика. – Вы больны?

– О, я умираю, – отвечал он слабым голосом. – Этот зверь чуть не оторвал мне голову. И наверняка свернул мне челюсть.

– Но вы же говорили, что вам не больно?

– Я ничего не говорил, я не смог бы.

К счастью, Большой Матье хорошо заплатил мне за эту комедию.

Он застонал и снова сплюнул.

Анжелике показалось, что он сейчас потеряет сознание.

– Это глупо! Не надо было соглашаться, – сказала она.

– Я уже три дня ничего не ел.

Анжелика обвила рукой тощее тело незнакомца. Он был выше ее, но такой легкий, что ей казалось, что у нее достанет сил нести этот жалкий скелет.

– Идемте, сегодня вы поедите вволю, – пообещала она. – И вам это ничего не будет стоить. Ни одного су.