Роспись по телу

Но чтобы она не переживала, он сам на своей машине свозил Дмитрия в свою клинику, где ему сделали снимки. Все обошлось. Уже дома Сережа смазал раны и ссадины на лице Дмитрия, сделал ему обезболивающий укол и, получив полагающийся ему гонорар, уехал.

– Ну рассказывай, кто тебя, – Юля села рядом на постель Дмитрия и взяла его руку в свою. В комнате пахло йодом и еще каким-то лекарством. – Ты знаешь этого человека?

– Было темно… Лицо знакомое, но я так его и не узнал.

– Что он хотел от тебя? За что бил?

– Он хотел узнать, что в том письме, которое мне принесли.

– Письмо? Тебе принесли письмо? Но кто? Откуда письмо?

– От отца. Его принес мне его друг, Роман Георгиевич. Он нотариус, дружил с моим отцом, и всю жизнь отец через него пытался всучить мне свои проклятые деньги… – И тут Дмитрий заскулил как щенок, приподнялся, чтобы уткнуться перевязанным лбом в Юлину руку. – Это все из-за денег, меня избили из-за денег. А ты думаешь, они мне никогда не были нужны? Ты думаешь, я не понимаю, как это хорошо – иметь много денег? Но я не мог принять их от отца, я поклялся матери… Но она мне сгубила всю жизнь. И никто не знает, как я хотел тогда остаться с отцом, с веселым и сильным отцом, а не дышать мыльными парами…Она сгубила жизнь и себе, и мне. И это вместо того, чтобы принимать деньги от отца и жить на полную катушку. Она бы могла получше выглядеть, найти себе мужчину и устроить жизнь, но она все стирала и стирала чужим людям, стирала и стирала… Ненавижу!

Дмитрий сорвал с себя простыню, вскочил, и Юле показалось, что она услышала скрип его зубов. Он был в ярости.

– Она даже там, – он поднял палец к облупившемуся потолку, – сейчас смотрит на меня и грозит мне, хочет забрать меня к себе, чтобы ей не было там так одиноко. Она превратила меня в ничтожество, в нищего. Ведь останься я с отцом, все было бы иначе, у меня была бы приличная квартира, машина, и не ты мне, а я тебе покупал бы вино и еду. Но я же дурак, я же принципиальный, я играю на гитаре и внушаю всем, и прежде всего себе, что я живу правильно, что совесть моя чиста. Но Лолита спала не со мной, а с моим отцом. И он платил ей, и она была довольна. Она сегодня высказала мне все это в лицо. Вот только откуда она узнала, что я – его сын… Ло – не дура, она с понятием. Но она оскорбила меня. Унизила… Эта грязная шлюха унизила меня, такого чистенького и честного. И все это из-за кого? Из-за нее, из-за той, что превратила всю мою жизнь в застиранную до дыр простыню… А я хочу, понимаешь, хочу похоронить своего отца. Ведь, кроме него, у меня никого нет. А у него никого не было, кроме меня. Разве что бабы, с которыми он спал. Он любил женщин и любил жизнь вообще… И мне будет не хватать его, несмотря ни на что… Но у меня нет денег, чтобы купить гроб.

– Я помогу тебе, Дима.