Тление

— Секс не даст тебе чувства принадлежности, по крайней мере, сам по себе он этого не даст, — возразила я.

— Отсутствие секса чувства принадлежности тоже не породит, — парировал Ру.

Я не могла спорить с его логикой, хотя мне очень хотелось. Поскольку они могли читать мои мысли, я произнесла это вслух:

— Я не знаю, что мне сейчас сказать, так что оставим эту тему на время, — я повернулась к остальным и обнаружила Эдуарда на краю толпы. До меня вдруг дошло, что он и не дернулся, чтобы защитить нас, когда все сверхъестественные телохранители стояли на ушах. Он почему-то знал, что ничего серьезного не произойдет. Как может чуть ли не единственный человек в комнате, лишенный способности читать чужие мысли и чувства, истолковать ситуацию правильно, когда остальные ошибаются? Эдуард чуть улыбнулся мне и приподнял брови, выхватив меня из моих мыслей, вернув меня в настоящее. Все это может подождать.

— Надо решить, что мы делаем с Деймосом, и уже потом разгребать остальное, — сказала я.

— Он захочет спать в драконьей форме, — заметил Ру.

— Ру прав, он меняет форму, и каждая из них реальна, однако ему некомфортно в человеческой.

— Выходит, ему нужно достаточно просторное место, чтобы там спать, — подытожила я.

— Склад, — предположил Никки.

— Он предпочитает комфортные условия или же ему достаточно спать на жестком полу складского помещения? — уточнил Жан-Клод.

— А это важно? — удивилась я.

— Если он остановился на складе, куда будут доставлены постельные принадлежности, это поможет нам определить место, разве не так?

— На некоторых складах продают такие вещи, или хранят их там перед тем, как отправить в магазины, — сказал Никки.

— Я не говорю о том, чтобы изучать оптовые заказы постельных принадлежностей, Никки. Я говорю о мягких подушках, обитых бархатом, дорогих покрывалах в небольших личных заказах, которые отправили с доставкой на склад или в подобное ему полузаброшенное здание.

— Если ты не желаешь, чтобы тебя обнаружили, ты живешь без роскоши до окончания своей миссии, — возразила Родина.

— Я знаю многих мастеров, которые были раскрыты потому, что не смогли жить без комфорта, — парировал Жан-Клод.

— В древней Греции он спал на голом полу пещеры, — сказал Ру.

— Если он хоть немного пообвыкся в современном мире, то захочет более комфортных условий, — заметил Жан-Клод.

— Если он остался прежним, то его нужды будут минимальны, — возразил Джейк.

— Значит, по предметам роскоши его не найти, — констатировал Жан-Клод.

— А где он вообще был последние пару тысяч лет? — поинтересовалась я.

— Это имеет значение? — спросил Ру.

— Он выучил современный греческий или какой-либо другой язык? Он вообще умеет читать? — спросил Жан-Клод.