Тление

Я вдруг поняла, что сила Натэниэла заключалась в том, что он использовал тот ледяной контроль, который за столетия выработал Дамиан, и которым он сам боялся теперь воспользоваться. А Натэниэл не боялся.

— Ты бросаешь мне вызов? — полюбопытствовал Жан-Клод. Он казался скорее удивленным, нежели разгневанным. Ричард стоял рядом с ним, однако по его лицу было ясно, что он понятия не имеет, что делать — он и так был не в своей тарелке.

— Нет, — ответил Натэниэл, и его голос прозвучал так уверенно — в нем не было ни единой нотки всеобъемлющих наслаждений, которые испытывали мы с Дамианом.

— В таком случае, что это такое?

— Это — четвертая метка, то, какая она, когда сила не пугает тебя. Если бы я не был помолвлен с Микой, а мы трое не представляли бы из себя счастливый тройничок, этого могло быть достаточно. Не будь я таким моралистом, мог бы поглотить их обоих.

— Такое чувство, что ты уже, — заметил Ричард.

— Я позволил этому произойти, чтобы вы двое поняли, на что это похоже. Когда я только получил контроль над триумвиратом Аниты, я не понимал, что случилось. Зверь зова не должен уметь такую херню. Как только я осознал, что наделал, я постарался научиться себя контролировать и, в частности, не поглощать Дамиана, — вампир поцеловал его в щеку, однако Натэниэл проигнорировал это и продолжил как ни в чем не бывало. — У Аниты есть ты, и ее власть надо мной, поскольку она мой мастер, так что, думаю, я бы не смог поглотить ее полностью, но даже сейчас я не был уверен в том, что провернул с Дамианом, пока не понял, что это моих рук дело.

— Ричард стал моим любовником по своей воле, — сказал Жан-Клод.

— Это хорошо, потому что, если бы он этого не сделал, а ты бы контролировал вас троих, он бы отдал это решение тебе. К тому моменту, как я понял, что согласие Дамиана во многом не было добровольным, стало уже слишком поздно.

— Но это так приятно, — промурлыкал Дамиан у лица Натэниэла.

Я уже начала приходить в себя и убрала ногу с его бедра, но мне по-прежнему хотелось прижиматься к Натэниэлу с одной стороны и к Дамиану — с другой.

— Достаточно приятно, чтобы не хотелось отбиваться, париться или оттолкнуться, а можно было пустить все на самотек, — сказала я.

Натэниэл чмокнул меня в макушку и повернулся, чтобы потереться лицом об щеку Дамиана. Вампир обратил это движение в поцелуй, и Натэниэлу пришлось напрячь свою силу — он будто бы дернул конец поводка.

— Не сейчас, красавчик, — сказал он, и вампир отстранился достаточно, чтобы ничто не мешало ему говорить.

Я немного выпрямила спину, потому что мне не понравилось, что меня дергают за поводок.

— Кто будет управлять твоим триумвиратом, Жан-Клод? — спросил Натэниэл.

— Жан-Клод будет им править, — ответил Джейк.