Томминокеры

Вскакивать посреди ночи, чтобы дать ему лекарство. И, конечно же, не кто иной, как она, довела его до последнего решающего инсульта, постоянно изводя разговорами о продаже дома на Лейтон-стрит. (Сам он расставаться с домом не хотел, но Энн твердо вознамерилась склонить его к «верному» решению, и последний чудовищный удар, которому предшествовали три более легких с двухгодичными промежутками, случился с ним через три дня после того, как дом выставили на продажу.) Впрочем, она никогда не призналась бы, что в тот момент прекрасно отдавала себе в этом отчет, как не призналась бы в том, что хотя она с самого детства посещала церковь Святого Барта в Ютике и была усердной прихожанкой, божественное зачатие считала полной ахинеей.

К восемнадцати годам Энн совершенно подчинила своей воле мать, а теперь расправилась с отцом и молча наблюдала, как его гроб закидывают землей. Куда уж соплячке из службы проката тягаться с сестрицей. Десять минут потребовалось ей, чтобы сломить сопротивление и отвергнуть кабриолет, который держали на случай, если какая-то знаменитость ненароком окажется в здешних краях. Энн продолжала напирать; страх жертвы распалял ее подобно тому, как запах крови распаляет хищника. Двадцать минут спустя она гордо выехала из Международного аэропорта за рулем «катлас-суприм», забронированного для бизнесмена, который должен был сойти с трапа в шесть пятнадцать вечера. Впрочем, разбираться с ним предстояло уже сменщице. Девушка-администратор настолько выдохлась, отражая убойные атаки Энн, что ей было все равно, пусть даже «катлас» предназначался бы Президенту Соединенных Штатов. На трясущихся ногах она зашла в конторку, закрыла за собой дверь и заперлась на ключ, для верности подставив под ручку стул. Раскурила самокруточку с коноплей, которую припрятал для нее один из механиков, и разрыдалась.

Так Энн Андерсон нередко действовала на людей.

Время приближалось к трем. Разделавшись с девушкой из проката автомобилей, Энн отказалась от мысли тотчас же отправиться в Хейвен. Согласно карте, которую она захватила на столике в службе проката, до города оставалось меньше пятидесяти миль, однако перед столкновением с Робертой ей захотелось отдохнуть и набраться сил.

На перекрестке улиц Хаммонд и Юнион не работал светофор, обычная история для таких провинциальных дыр. Движение регулировал полицейский. Энн, не удосужившись вырулить к обочине, остановилась посреди дороги и поинтересовалась, как проехать к лучшему в этом городе мотелю или отелю. Заметив такой маневр, коп собирался высказать свое «недовольство» – но вовремя перехватил ее недобрый взгляд.