Грязная жизнь

Нажрался дядя, да некуда приткнуться.

Она уже подходила к подворотне, когда ей навстречу попался Мирон. Идет, о чем-то думает. Сам себе приятный. И такой желанный...

– Привет, – улыбнулась ему Ксюша.

Ей бы мимо пройти. Крепко он обидел ее не так давно. Столкнул с кровати, грубо обругал. Такое не прощается. Но она уже его простила. Не могла не простить.

Он едва взглянул на нее. И прошел мимо, даже шаг не замедлил.

Но Ксюша не обиделась. Мало того, она остановилась, повернулась к нему, проводила его взглядом до самого подъезда.

Он скрылся в дверях. Ксюша тяжко вздохнула и уже стала разворачиваться в обратном направлении, когда увидела, как быстро поднялся со своего места алкаш. Несколько шагов, которые отделяли его от двери подъезда, он прошел твердо, уверенно. Совсем на пьяного не похож. И чего это он за Мироном устремился?

А если?.. Страшная догадка сорвала ее с места.

Мирон поднимался по лестнице чуть ли не бегом. Скорее запереться в своей комнате, достать пистолет и с наслаждением подержать его в руке. А чего ждать? Он не утерпел и достал «игрушку», не снимая ее с предохранителя, выстрелил в незримую цель. Еще выстрел, еще – цель поражена. Скоро он будет стрелять по-настоящему.

Сзади послышались шаги. Кто-то нагонял его. Надо спрятать ствол. Не хватало еще, чтобы соседи увидели.

– Мирон, берегись! – услышал он снизу голос Ксюши.

Он резко обернулся и увидел, как человек сзади быстро вынимает из хозяйственной сумки какой-то предмет. Да это же ствол, да еще с глушителем. Еще мгновение, и он выстрелит. Вот, мля, на киллера напоролся.

Мирон не растерялся и рванул вверх по лестнице. Вот уже и площадка, сейчас он резко свернет и выиграет несколько драгоценных минут.

Сзади послышался чей-то сухой кашель. И что-то обожгло левый бок. Да в него уже стреляют.

Он успел завернуть на следующий лестничный марш, снял «ПМ» с предохранителя, передернул затвор. Киллер продолжал стрелять. Но пули не доставали Мирона. Открыл огонь и он. И только с пятого раза достал киллера. Пуля разворотила ему правое плечо, и пистолет с глушителем гулко ударился о лестницу.

Пока Мирон соображал, киллер включил заднюю скорость и во весь опор понесся вниз по ступенькам. Мирон кинулся за ним, но его остановила резкая боль в боку. Блин, да он же ранен! Зажимая бок рукой, он покачнулся и повис на перилах. Откуда-то снизу прибежала Ксюша.

– Вот гад, чуть не сбил меня! – это она о киллере. – Мирон, что с тобой, ты ранен? – а вот это уже к нему.

– Да так, херня. Ты это, «пушку» – вон, на полу, – подбери.

Плохо ему, очень плохо. Слабость навалилась безвольной тяжестью, перед глазами пошли круги – он терял сознание. Но о брошенном киллером пистолете не забыл.

Мирон не помнил, как оказался в незнакомой комнате. Кто и как оттащил его сюда из подъезда.