По рукам и ногам

– Она маленькая, почти не почувствуешь.

Но я чувствую. Особенно, когда эта штука начинает едва ощутимо вибрировать периодически. Когда Кот оказывается внутри, это и правда добавляет новых оттенков. Странных, непривычных, но не вызывающих неприятия.

Игорь берёт меня активно и быстро. Оргазм пронзает яркой короткой вспышкой, оставляя разочарование. Видимо, моё тело настолько было на грани, что просто не смогло дать уже большего. Так долго изнывать, часами желать разрядки и…

Но Котовский не останавливается, и через несколько секунд происходит нечто. Сначала начинают неметь пальцы и переносица, потом ноги, а потом… меня словно выбрасывает из реальности. Это длится и длится. Бесконечно. В безвременье. Мне кажется, я так до конца и не прихожу в себя, когда спустя провал в сознании ощущаю тяжесть одеяла и крепкую руку поверх.

Глава 42."

"Дежурство началось в шесть, а уже в девять у меня нет сил. Я присутствовала на стремительных родах. Точнее даже не просто присутствовала, а ассистировала Захару. Ничего не скажешь, он просто профи. Это каждая только мечтает родить быстро, на самом же деле, это совсем небезопасно, патологий потом может быть не меньше, чем при затяжных. Высокая травмоопасность как матери, так и малыша.

С этой молодой женщиной всё было непросто. От первых схваток до того, как неонатолог приняла из рук Зернова малыша, прошло менее двух часов. Но команда и девушка под руководством доктора справились. Я же в этот раз тоже просто так не стояла. Ситуация хоть и была сложной, Захар активно продолжил обучать меня и даже привлёк к действиям. Он говорит, что именно в сложные моменты врачи и учатся по-настоящему.

После того, как наша основная миссия была окончена, Зернов позвал меня и ещё одну акушерку выпить чаю в ординаторской, но Катерина сослалась, что ей срочно нужно позвонить, и ушла в сестринскую, пообещав присоединиться минут через двадцать.

Захар ставит на столик две кружки, бросает по одноразовому пакетику чая, я набираю чайник под краном и ставлю на подставку. Продолжаю проворачивать в голове его действия во время родов, молниеносное принятие решений, что, скорее всего, спасло мать ребёнка, потому что у неё началось обильное кровотечение.

– Ты что-то в задумчивости, Маш, всё хорошо?

– Да, всё нормально. Прогоняю в голове всё, что только что видела.

– Тормозни. Выдохни, освободи голову, а потом, чуть позже вернись к этому.

– Попробую.

Чувствую, что под носом немного мокро. Прикоснувшись рукой, обнаруживаю на пальцах кровь.

– Блин, – тихо ругаюсь и незаметно вытираю пальцы салфеткой.

Кажется, течи не будет, так, по мелочи закровило.

– Так, Карташова, что такое?

Ну вот, теперь не отмазаться.

– Всё нормально, Захар, садись, я налью чай.

Но Зернов уже вцепился взглядом, не отстанет.