Прокурор с Эльтона

Он спокойно принял то, что я хочу открыть свою юридическую практику, и даже сказал, что удивился бы, если бы я не попытался после окончания Академии оспорить контракт. В конце концов, мы договорились, что как только я обустроюсь в жизни, буду прилетать и преподавать у студентов Академии.

Алесса-Элиза фыркнула.

— И всё же, Эрик, ты прохвост.

— Знаю, — усмехнулся. — Но Академия на свою голову научила, что не бывает безвыходных ситуаций. Бывают ситуации, выход из которых не подходит. Служить офицером ещё десять лет меня не устраивало категорически. — Я запнулся, размышляя, говорить или нет, что планировал найти Элизу, выяснить, как октопотороидам удалось обмануть таноржский детектор лжи. Несколько лет я вёл себя как одержимый… Но, посмотрев на собеседницу, которая старательно вскрывала кристалл с питьевой водой, я решил перевести разговор в другое русло:

— А почему ты решила податься в юриспруденцию? У тебя получались чертовски вкусные торты и супы, — задумчиво протянул, вспоминая самые счастливые дни юношества.

— Ох, это… — Она махнула рукой. — Да, когда-то я мечтала о своём кафетерии…

— Тогда почему ты стала прокурором?

Алесса-Элиза так не удостоила ответом, погрузившись в себя.

Ослепительно яркие дни на Хёклу сменялись кромешными ночами, а между нами натягивалась невидимая нить взаимопонимания. Очень тонкая и хрупкая, как первые весенние ростки, но с каждым разговором, с каждым ответом или вопросом она становилась прочнее и крепче.

Ещё одним случайным открытием стало то, что на момент последней гонки Лиз, оказывается, не знала про мои отношения с чистокровными эльтонийками. Тогда, когда она пришла в ангар в мешковатых штанах механика на подтяжках, она действительно готова была улететь со мной на другую планету, но Уи-лын-крыз и тут постарался. Именно он показал полумиттарке-полуэльтонийке злосчастное видео в бассейне и внушил, что я ежедневно так развлекаюсь и меняю женщин как моторное масло в спорткаре.

Алесса чувствовала, что постепенно впадает в какую-то прострацию. За те несколько дней её мироощущение перевернулось вверх дном несколько раз. Время от времени она вспоминала какие-то мелочи из жизни на корабле октопотроидов и начинала себя мысленно ругать.

Как она раньше не замечала, что всякий раз, когда происходила стыковка с кораблями «знакомых Уи-лын-крыза», он просил эльтонийку подготовить каюты на верхней палубе, а сам спускался в грузовой отсек? Все приземления на Хёклу он также сосредотачивал её внимание на чистке вентиляций, а сам выходил на поверхность, чтобы забрать заранее заказанную таноржскую электронику.