Сердце Аксара, или Измена по-королевски

 — Меня похитили, пугали, на меня давили, я чуть не задохнулась в корсете, чуть не истекла кровь и чуть не получила воспаление легких, стоя под дождем! Так что чувствую я себя ужасно, Ваше Величество. А еще у меня в носу свербит от цветов, которыми вы все тут заставили!

Для эффектности я хотела еще и чихнуть, но чих не получился. Зато недовольная гримаса вышла отменной!

Между бровями короля пролегла складочка недовольства: таким, как Рейн, предпочтительнее, чтобы их благодарили, а не упрекали. А еще лучше — чтобы каждый их поступок одобряли и славили.

— Вы хотите сказать, что недовольны?

— Мне казалось, мы достигли взаимопонимания, — проговорил король холодно. — Мы условились на том, что станем союзниками и будем относиться друг к другу уважительно и с почтением. Так что, я надеюсь, более вы не будете вести себя так, словно корона дает вам право играть со мной в капризную жену.

— Вот именно, Ваше Величество. Я ваш союзник, а настоящие союзники всегда говорят правду, как бы неприятна она ни была.

— Правда — это прекрасно. Но не забывайте про почтение.

— Вы намеренно действуете мне на нервы?

— Дело не во мне, а в ваших нервах. Вы все принимаете близко к сердцу. Вам бы научиться спокойно относиться к критике. — Я начала удобнее устраиваться на подушках, наслаждаясь легким ощущением опасности, сплетенным с уверенностью, что я в полной безопасности.

— Ну, хватит, тэгуи! — не вытерпел Рейн, выпуская наружу «итальянскую» половину. — Вставайте и прекращайте изображать из себя болезненную девицу! Я отлично вижу, что вы себя хорошо чувствуете, раз у вас хватает сил со мной препираться!

Я улыбнулась — так то, Вашество! — откинула одеяло и соскочила на пол. Рейн поглядел на меня так, словно я не женщина, а ребенок, проказливый и проблемный, и, сорвав с ширмы нечто легкое и черное, подал мне.

— Шелк. А почему черный?

— И снова вы недовольны! Чем вам не нравится черный шелк?

— Ничего не имею против черного цвета, но его вокруг слишком много. И, если хотите знать мое мнение — моды у вас мрачные. А корсеты — абсолютный мрак…

— Вы привыкнете, — коварно улыбнулся Рейн. — И к корсетам, и к модам. И ко мне…

— Я-то привыкну к вам, а вы ко мне? — я вернула ему коварную улыбку. — Кстати, Ваше Величество… Корсеты — это действительно зло. Нет ничего лучше естественных линий тела. Вот не было бы на мне корсета на площади — не закачалась бы я от нехватки воздуха, не почудился бы мне наглый ворон, и не упала бы я в обморок.

— Ворон? — изменился в лице мужчина. — Вы видели ворона?

— Да. Мне показалось, на вас налетел ворон на площади.

— Ворон — символ королевской династии Корбинианов. Удивительно, что он вам привиделся.

— А вам он не привиделся?

— Нет, — слишком быстро ответил мужчина.