Улыбка 45-го калибра

Губы стали толще и могут поспорить окраской с пожарной машиной. Брови превратились в соболиные. Глаза, правда, остались голубыми, но из-за густо намазанных ресниц и подкрашенных век, кажутся светло-карими. Над верхней губой появились усики, а справа Кира в порыве вдохновения создала над верхней губой пикантную родинку.

– Если этот парень не рухнет как подкошенный к твоим ногам, – сообщила подруга, снимая с меня пеньюар, – значит, он либо слепой, либо импотент. Погоди, у вас первое свидание?

Я кивнула. Кирка залезла в пластмассовую коробочку и вытащила два поролоновых кружка.

Я послушалась. Господь не наградил меня формами, в джинсах и пуловере больше похожа на мальчишку. Но сейчас никто не смог бы перепутать меня с лицом мужского пола. Бюст, оттопыривающий кофточку, тянул примерно на третий размер.

– Очень сексуально, – одобрила Кира, – действуй, семь футов тебе под килем.

Я пошла на улицу. Хорошо, что любитель брюнеток выдуман, а ну кабы он существовал на самом деле? Прикиньте, как изумился бы мужик, уложивший в койку пышную брюнетку, а затем обнаруживший там тощенькую блондинку?

Представив себе выражение лица парня, я захихикала, вышла на проезжую часть, подошла к «Пежо». Рядом затормозил «Рено».

– Девушка, – крикнул водитель, высовываясь в окошко, – вам помочь?

– Что сегодня вечером делаете?

Я удивилась. Ко мне никогда не пристают на улицах.

– Ой, врешь, – рассмеялся мужчина, – не понравился я тебе.

«Рено» умчался. Я поехала в НИИ тонких технологий. Стоило мне притормозить у светофора, как водители оказавшихся рядом машин начинали проявлять повышенный интерес к моей особе. Одни упирались в меня взглядом, другие, понахальней, спускали стекла и кричали:

– Эй, симпомпончик, куда спешим? Может, тормознем у кафешки, а?

Я пребывала в глубоком недоумении. Обычно посторонние мужчины не обращают на меня внимания. С ранних лет поняла: моя сила не во внешности, а в редкостном уме и обаянии. И вот сейчас в голову закралась мысль, что, может быть, мне еще в ранней юности следовало покраситься в брюнетку и намалевать губной помадой огромный рот? Вон какой эффект произвело изменение внешности…

Возле кабинета Олега Игоревича сидела всего одна тетка. Обрадовавшись, что тут не толпится очередь, я села на стул.

– Доктор просил не занимать, – сказала женщина, – он закончил прием.

– Спасибо, только рецепт взять, – ответила я.

Через полчаса я заглянула в кабинет и спросила:

Гинеколог, писавший что-то в большой тетради, поднял голову и ослепительно улыбнулся:

– Вообще говоря, просил не занимать.

Олег Игоревич продолжал излучать улыбку:

– Что с вами поделаешь, всегда шел на поводу у красивых женщин, садитесь.