28 сантиметров счастья

Заодно и захочет почистить ряды тех, кто мне предан. Начать с Камиля — отличная идея. На нем многое держится. Поэтому приходится думать на опережение.

Склад успевают потушить до того, как огонь добирается до боеприпасов. Отчет приходит быстро: нашли несколько обгоревших тел. Только мужчины. Ни одной женщины.

— Каждый сантиметр прочесали, — докладывает Ильяс, — нет. Только мужские тела. Женщины нет. Нигде. Скорее всего, ее увезли.

Да. Мать ее. Скорее всего. Дьявол. Чувствую, как немного отпускает. Жива. Это уже хорошо. Где бы она там ни была. Картина начинает складываться по-другому.

Странно тогда, что Абрамов молчит, никаких условий не выдвигает. Если успел умыкнуть девчонку — неужели не боится, что я его сына просто порежу? Честно говоря, я хотел сделать это. Сначала уничтожить одного, потом до всей семьи добраться. Заставить так же гореть их дом. Повезло, что руки пока не дошли.

У меня вырывается смешок от этих мыслей. Нет, он не боится. Его сына сливать глупо. Еще мне пригодится. Абрамов в курсе, как я могу использовать ситуацию. Считает, что свадьба с его дочерью — всего лишь способ нагнуть его.

Ее смерть — всего лишь потеря преимущества. Одного из. Есть второе.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Отчасти так и есть. Но где-то он, сука, ошибается. У нас не положено на своих женщин и детей хрен выкладывать.

— Пойдем, — говорю, бросая отчет на стол. Ильяс беспрекословно следует за мной.

Спустя полчаса мы подъезжаем к небольшому коттеджному поселку за городом. Достаю из кармана ключи от дома Камиля, отпираю дверь. Охрана кивает приветственно, заметив меня с Ильясом.

Гребаные головорезы. Даже меня напрягают. Если Камиль отъедет — придется ими заняться. Просто так, без контроля их оставлять нельзя.

Отпираю одну из комнат и захожу внутрь.

Бледный парень поднимается с дивана и тут же стремительно садится обратно, когда я жестом показываю ему не двигаться. Мирослав. Выпендрежное имя. Самое то для сына-мажорчика.

— Добрый вечер, — произносит он медленно, когда я подвигаю поближе стул и сажусь напротив. Потом отводит взгляд в сторону, пока я рассматриваю его с усмешкой.

Дрянь. Обменять нормальную девчонку на это? Их отец — отбитый наглухо. У его дочери яйца больше, чем у этого существа. Ей удалось все продумать. Шантажировать меня. Пусть недолго. На большее я и не рассчитывал, ей ума бы не хватило. Но она не стушевалась и потом вышвырнуть пистолет, отсрочить наказание для ее затупка-брата и папаши. Не отступила, когда тест подделали. Выстояла. Хотя тряслась вся. При каждой нашей встрече страх в глазах замечал.

Добилась какого-то уважения от меня.