Боярская честь

В коридоре послышались шаги, и Федя ввёл боярыню, галантно поддерживая её под локоток.

Воевода встал и усадил боярыню на стул, стоявший рядом со столом.

Я развязал завязки у мешка, высыпал содержимое на стол. Боярыня ахнула, закрыла глаза. Потом справилась с чувствами.

— Вот мои кольца, вот перстень мужа, — она запнулась, — покойного уже. — Она внимательно осмотрела вещи.

— Да, всё это — наши ценности, что в сундуке лежали.

— Спасибо, боярыня. Здесь всё, что украли?

— Федя, возьми мешок с ценностями, отвези боярыню домой.

Федя быстро сложил ценности в мешок, забросил его за спину. Боярыня встала, увидела лицо купца — ведь когда она входила, он лежал к ней спиной.

Купец вжал голову в плечи.

— Ты же к нам в дом вхож был, с боярином за одним столом сидел, наш хлеб ел — как ты мог?

Женщина рванулась вперёд, стала ногами пинать убийцу. Ни я, ни воевода не сделали попытки её удержать — пусть получит хоть какое-то моральное удовлетворение.

Наконец боярыня устала. Фёдор свободной рукой поддержал её под локоть, и они вышли.

— Что, воевода, свободен я?

— Погоди, торопливый какой! Сейчас Фёдор Кучецкой с боярином Воронцовым подъедут, я уж гонца послал. Надо же им о наших успехах доложить, злыдня предъявить.

Я уселся на лавку. Уже смеркается, жрать охота, да и устал я. Мне бы домой, за стол, да в постель.

Зацокали копыта, заныли доски пола под тяжёлыми шагами. Гонец распахнул дверь, вошли московские гости.

Воевода кинулся навстречу с улыбкой.

— Вот, по поручению вашему разыскан и пойман злодей.

Бояре тяжелым взглядом уставились на убийцу.

— Как не правда — даже ценности украденные отыскали, всё боярыне вернули. Она только что здесь была, всё опознала. Ей и отдали.

Кучецкой обернулся ко мне:

— Молодец! Понимаю, что дело сие — не воинская служба, однако справился быстро и блестяще! Напомни мне свою фамилию.

— Боярин Михайлов, Георгий. Кучецкой оглядел меня с головы до ног.

— Почто одежда недостойная?

— Для дела надо было.

— А, ну тебе лучше знать. Не хочешь ли дьяком в Разбойный приказ? Государю нужны такие — разворотливые, умелые.

— За предложение спасибо, только привык я к городу — земля у меня здесь, семья, дом.

— Не хочешь в Москву, стало быть? — помрачнел стряпчий. — Ладно, оставайся здесь, от государя и от меня возьми за труды.

Боярин снял с шеи толстенную витую золотую цепь и возложил на меня.

— Благодарю, о службе твоей самому государю доложу.

Кучецкой повернулся к воеводе:

— Гляди-ка, Плещеев, какие люди у тебя тут живут. Таких наверх выдвигать надо!

Воевода угодливо улыбнулся.

— А с татем что делать?

— Что с ними, душегубами, всегда делают — казнить смертью. Да желательно, чтоб помучился напоследок.