Московский полет

 – Если найдете валюту, я готов! А что происходит в Доме кино? Что за толпа с плакатами?

– А ты не знаешь? – удивился Рустам. – Сейчас в Москве идет сессия Верховного Совета СССР, но сегодня суббота, перерыв в заседаниях, и мы арендовали на два дня Дом кино для московской группы депутатов. Вы там, на Западе, называете нас «группой Ельцина», но это неправильно. Мы создаем сейчас межрегиональную группу депутатов – западные журналисты обозвали это оппозицией в советском парламенте…

Только тут я вспомнил, что вчера в венском аэропорту Дэнис Лорм, наш вундеркинд-обозреватель из Вашингтона, говорил мне о заседании «ельцинской группы».

А теперь оказывается, что мой школьный приятель – член этой первой в истории СССР легальной парламентской оппозиции!

– И все это происходит в Доме кино? – сказал я. – Сейчас?!! И Ельцин там?

– Конечно, но сегодня заседание уже кончилось, а завтра продолжится с девяти утра.

– Рустам, я должен там побывать!

– Не думаю, что тебя пустят, старик…

– Я буду там завтра утром! – вдруг заявил я с хмельной уверенностью – не то мой успех у Кати-официантки придал мне самонадеянности, не то вторая бутылка водки, которой уже оставалось на донышке.

– Это будет анекдот, если ты туда попадесс! – сказал Толстяк, автор будущего фильма «60 анекдотов из эпохи Брежнева». – Пари на яссик коньяка, ссто тебя туда не пустят!

– Ну зачем пари? – струсил я в последний момент. – Я попробую. Рустам, а ты не сможешь меня провести?

– Я завтра приеду только после трех, у меня с утра встреча с бельгийским телевидением, – ответил он и добавил с проницательностью профессионального кинодраматурга: – По-моему, ты уже закадрил официантку.

– Я сюда заходил пару раз, и меня всегда заставляли ждать по часу и отвратительно кормили. А тут не успел я сесть, как она, не спрашивая, принесла мне прекрасный шашлык и даже гурийскую капусту! Чем ты ее охмурил?

– Родина, старик, знает своих героев, – произнес я скромно.

Через полчаса, расплачиваясь с официанткой, я сказал ей:

– Катюша, послезавтра я улетаю в Ленинград, а оттуда – в Таллинн и – гуд бай, Россия. Но если я приеду сюда еще раз, как мне тебя найти? – И прямо посмотрел в ее юные глазки-вишенки.

Она взяла у меня чек и написала на обратной стороне: «Катя Кулакова. 445-12-32. Только не надо больше подарков».

И она посмотрела мне прямо в глаза.

Я поцеловал ей руку. И подумал: «Господи, спасибо тебе! Пусть я никогда не трахну ее, и пусть я никогда больше не приеду в Россию. Но мне пятьдесят, а ей едва ли двадцать, и она – готова.

Спасибо тебе, Господи!»

Когда я вошел в гостиничный номер, Роберт Макгроу стоял спиной ко мне – лицом к открытому окну.