Невеста Моцарта

Встал на одно колено и протянул ей коробочку:

— Бандитка моя, выходи за меня замуж!

Её грудь, что только что вздымалась как кузнечные меха, замерла.

Она смотрела на меня, широко открыв глаза.

— Оно же было у меня… Ты украл моё кольцо?

Она открыла рот от возмущения. Схватила коробочку. Открыла.

— Я же сказал: кое-что украдём, — я улыбнулся: — Это «да»?

— И мы… — она перевела взгляд на стену.

«Запасной ключ на стойке администрации ресторана «MOZART» — гласил трафарет.

— Чёрт! Так я и знала! Ведь чувствовала какой-то подвох, — посмотрела она на меня укоризненно и вдруг… заплакала. Вот так резко после смеха к шоку, а теперь её глаза вдруг наполнились слезами, и она разрыдалась.

— Жень! — подскочил я, прижал её к себе, не зная, что сказать. — Жень, я…

Она покачала головой. Подняла заплаканное лицо, чтобы посмотреть на меня. А потом подняла руку. На безымянном пальце красовалось кольцо с голубым камнем того же небесного оттенка, что её глаза.

Один — один, моя вредина. Мы квиты!

— Такого предложения тебе точно не сделает никто. Теперь тебе есть что рассказать подружкам? Всё по-настоящему? — обнял я её ещё крепче.

— Ненавижу тебя! — упёрлась она лбом в мою грудь.

— Я знаю, — усмехнулся я.

Если бы ты знала, моя девочка, сколько раз я слышал это «ненавижу».

Вот если бы так же искренне ты сказала «люблю» …

Я тяжело вздохнул и погладил её по спине:

— Господи, я ограбила офис! — вытирала она слёзы и сокрушалась всю дорогу до вертолёта: — Я ведь искренне верила, что я это сделала!

— Так ты это сделала, Жень!

— Не могу поверить, что ты меня уговорил! — толкнула она меня. — Не могу поверить, что я согласилась! Я — преступница!

— Ты моя невеста, — улыбнулся я, подсаживая её на сиденье. — Невеста Моцарта. И этим всё сказано.

Святое дерьмо! Не сойти мне с этого места, но клянусь, сейчас я и сам верил, что всё это по-настоящему.

— Карина, ты себе даже не представляешь! Это как… я не знаю… — я ходила по пустому вестибюлю с наушниками в ушах и размахивала руками. По совершенно пустому вестибюлю университета: вступительная суета уже закончилась, занятия ещё не начались и даже мой оргкомитет уже разошёлся по домам, но я ждала дядю Ильдара.

Я не могла об этом написать, я позвонила каждой из трёх своих подружек и каждой рассказала о том, как Моцарт сделал предложение.

И за те три дня, что прошли с нашей помолвки на крыше, каждая из моих подруг перезвонила уже не по разу и попросила рассказать снова. Рассказать в мельчайших подробностях всё-всё.

— Меня американские горки так не впечатлили, — остановилась я перед зеркалом. — Там я просто визжала как дура, а тут… чуть не умерла от страха, когда чихнула в тесном коробе, по которому мы ползли, а внизу в это время кто-то был.