Семья для мажора

Извинишься и…

Выйдя из кабинета, вижу молоденькую секретаршу в приемной деканата, которая с самой первой встречи смотрит на меня, как на сочный кусок мяса. Не припомню, чтобы сказал ей хоть пару слов за последние полгода, но ее это не напрягает, потому что, как и всегда, она мне улыбается.

Забрав с вешалки свою куртку, выхожу в коридор и надеваю ее на ходу. Я посещаю не так много занятий в универе, в основном потому что умею договариваться с людьми, поэтому, спустившись по лестнице, прохожу через турникет и шагаю под февральский дождь.

На стоянке, как и договаривались, меня ждет черный “БМВ” Ника Баркова.

Заняв переднее пассажирское, говорю ему “привет”.

— Угу. — Роется он в своем телефоне.

— Адрес скинул тебе сообщением. — Пристегиваю ремень, растекаясь по сиденью.

— Момент… — лепит на приборную панель телефон и заводит машину.

С Барковым мы знакомы давно. Его отец крупный предприниматель в городе, так что мы часто пересекаемся на разного рода “тусовках”. От юбилеев до рождения первенцев. Вообще-то, с подачи Ника я попал в городской хоккейный чемпионат в состав команды “городского бизнеса”, в которой его отец состоит уже лет десять. Меня туда приняли нежно и с зеленым светом. Взяли нападающим прямо после первой тренировки.

Судя по всему, с хоккеем мне придется подзавязать, потому что оплачивать свое членство в ближайшее время для меня будет проблематично.

Полчаса спустя Ник вышагивает вдоль окон Таниного помещения.

Положив руки в карманы куртки, спрашивает:

Прислонившись плечом к стене, делюсь мыслями:

— На той стороне дороги клубешник. Думаю, здесь можно замутить кафешку для тех, кто идет туда или оттуда. Только нам с тобой нужно будет здесь фейсами постоянно светить в качестве рекламной акции. Может, даже за баром постоять.

— Клич бросить в тусовку, — продолжает он мою мысль, осматривая потолок.

— Угу, — смотрю на улицу, складывая на груди руки.

— Думаю, ремонт нужен по минимуму. У Тани есть один дизайнер, может вот это все, — имею ввиду облупившиеся стены и торчащие из потолка трубы. — Вписать в интерьер…

Подумав пару секунд, называю ему примерную стоимость этой затеи.

Для Баркова подъемной будет и гораздо большая сумма, а вот для меня — нет. Я еще не говорил с бабулей, но прекрасно представляю ее возможности.

Баркова я выбрал не только из дружеских соображений. Вообще-то, нифига не из дружеский. Может я расчетливый говнюк, но я выбрал его, потому что, если кому-то вздумается ставить мне палки в колеса, отец Никиты будет моим громоотводом.

Одно дело пихать палки в колеса мне — неоперившемуся сосунку, но другое дело ставить палки в колеса Игорю Баркову.

И мой хладнокровный расчет работает, потому что, протянув мне руку, Барков-младший объявляет:

— Я в деле. С отцом нужно перетереть.