Шанталь. Ход королевы

Мне хотелось слепо отбросить все сомнения в сторону и сгореть в огне его страсти, чье обжигающее пламя когда-то коснулось моего сердца и поставило на нем свое клеймо. Но разве возможна любовь без доверия? Для меня – нет. И раз он собирается рассказать свою историю, то лучше не мешать и по возможности спокойно выслушать все, что он расскажет. А правда это или нет, я рано или поздно узнаю. И тогда берегись, капитан. Предателей я не прощаю.

А он, дождавшись одобрительного кивка, глубоко вздохнул и начал свое повествование:

– Как тебе известно, я принадлежу к старинному дворянскому роду де Сеженов, которые не раз собственной кровью доказывали, что честь для них не пустой звук. Матери я почти не помню, она умерла, когда я был еще в столь несмышленом возрасте, что не задумывался о том, как же она мне нужна. Отец мой был человеком строгих правил, так мне по крайней мере казалось до тех пор, пока он не привел в дом новую жену, с появлением которой рухнул весь мой по-детски радужный мир. Отец быстро попал под влияние коварной интриганки, чей родитель был простым лавочником из Нанта, перебравшимся вместе с семьей в поисках лучшей жизни в Париж.

Красотка быстро вскружила вдовому графу голову, в чем ей немало помогло бургундское вино, которым она усердно потчевала своего воздыхателя. И однажды, в пьяном угаре он предложил ей стать его женой.

Алчущая богатства и возможности попасть в высший свет, она прилагала все усилия, чтобы графский наследник отошел в тень, в то время как ее новорожденный сын получил все, что она так безжалостно отнимала у его старшего брата. Но напрасно она рассчитывала вырастить из собственного отпрыска точную свою копию, ведь известно, что кровь не водица, – Ренард вопреки всему взял лучшее, что мог, от Сеженов и вырос добрым и честным юношей, искренне любящим старшего родственника, против которого мать тщетно пыталась его настроить.

Но один недостаток у него все же был: он сверх меры преклонялся перед женской красотой, и вскоре в Париже не осталось ни одной чаровницы, с которой этот ловелас, несмотря на очень юный возраст, не разделил постель.

Долгое время шалости Ренарда сходили ему с рук, но однажды грянула беда: известный своей ревностью барон де Леруа застал его в постели собственной супруги. Лица обидчика барон рассмотреть не успел, так как тот успел скрыться, выпрыгнув в окно, но зато хорошо запомнил вышитый герб на попоне его лошади, что и дало ему все основания прислать секундантов в особняк де Ламмеров.

Графа, к несчастью, дома не оказалось, в его отсутствие обязанности главы семьи были возложены на старшего брата, романтичного молодого человека, зачитывающегося рыцарскими романами и наивно считающим всех людей честными и порядочными.