Автор её беременности

Наша соседка, тетя Маша, помнишь? — я кивнула, — так вот, она же санитарка в той больнице, тебя признала и тут же к нам… с внучком поздравлять… Почему ты не сказала, что беременная?

Вот вроде и воркует свекровь, и сюсюкает со мной, но глаза ее насторожены. У Андрея и вовсе озлобленные.

— Саш, это мой ребенок? — впервые открывает он рот.

— Я не знаю, — честно отвечаю. А что еще мне сказать?

— Я же говорил! — в сердцах бросает он матери.

— Замолчи, Андрей! — шикает она на него, останавливая намерение сына вновь осыпать меня дерьмом.

— Значит, вероятность того, что ребеночек от Андрюшки все же очень мала, — подводит итог матушка.

— Отцами моих детей могут быть все трое мужчин.

— Так у тебя не один ребенок? — доходит до Анны Сергеевны.

— Двойня. Разнояйцовая. Так что отцов тоже может быть двое.

— Мда-а… — крякает матушка. — Ну и наворотила же ты дел!

Так, ну это уже слишком. Они никто не хотят услышать меня. Каждый слушает только себя и свою точку зрения. А вот не пошли бы они в…

— Никаких дел не воротила. Я не виновата в том, что меня опоили и изнасиловали в тот злополучный вечер.

Не хотите мне верить, не надо. Завтра же поинтересуюсь у адвоката, как там с разводом продвигается. Обвинять себя больше не позволю. Я вам ничего не должна, и от вас требовать ничего не собираюсь!

— Саш! — обрывает меня Андрей. — Я очень много думал о всей этой ситуации.

Очень много! Целых два месяца с кровати не вставал, из интернета не вылезал!

— Послушай его, девочка! — вворачивает свекровь.

— Так вот, Саш. Я готов простить тебя.

Вот спасибо! Готов он! А оно мне нужно?

— Не дури с разводом! Быстро сделаем аборт и будем жить снова вместе!

О, нет! Третий папаша думает исключительно о себе.

Ну не повезло тебе,

Андрей! Всех собак на тебя сейчас спущу. Жаль мамочку свою притащил. Не иначе как для поддержки штанов! А то я бы и покрепче выразилась.

— Нет. Мы разводимся. Я рожаю детей. Ты нам нахер не сдался!

— Да какой в них смысл без мужика?! — искренне восклицает он.

— А какой смысл в таком мужике как ты? — усмехаясь, парирую я.

— Да как ты смеешь? — орет он в полный голос.

— Тише, Андрей! — шикает на него матушка, — ты мириться пришел, а на Сашеньку орешь!

— Да твою Сашеньку надо ремнями избить за измену и…

— Ой не могу — хохочу я, — может сначала ленивому мальчику ремня всыплем, глядишь работать пойдет, с маменькиной шейки слезет, из-за маминой юбки вылезет.

— ССССТЕРВА!!! — ой, какой же он жалкий, смешной, напыщенный. Индюшонок в курятнике. Не иначе.

— Уймись, Андрей! — гаркает на него матушка, — Сашенька, Андрюша зол сейчас, и в сердцах несет чушь.