Елена Троянская

Он прикрыл глаза ладонью, прищурился и замолчал на несколько долгих минут, а потом закричал:

— Корабли! Корабли! Возвращаемся в город!

Большие телеги с трудом развернули и направили обратно к городским воротам. Горы белья и рулоны тканей покачивались на ходу.

— Крепко-накрепко закрыть ворота! — приказали охранники после того, как последняя телега проехала в город.

Мы, женщины, с плотно сжатыми губами поспешили к северным укреплениям, чтобы посмотреть, что происходит. Подойдя, мы обнаружили, что народ выстроился в шесть рядов и пристально вглядывается в морскую даль.

Мы протиснулись сквозь толпу к своим мужчинам, встали рядом и стали смотреть в том же направлении.

Вырастая из-за горизонта и покрывая море, словно паутина, на нас надвигалась армада кораблей. Кораблям не было числа, как алчным мухам, которые, жужжа и толкаясь, слетаются на пролитое сладкое вино.

— Сколько их? — спросила Андромаха, не успев отдышаться после усилий, с которыми мы пробирались сквозь толпу.

— Сотни, — ответил Гектор, мрачно глядя перед собой. — Только что прибыли гонцы со сторожевых постов. Они говорят, там не одна сотня кораблей.

— Тысяча! — вмешался Деифоб, стоявший рядом. — Тысяча наверняка есть.

— Этого никак не может быть, — возразил Гектор. — Откуда тысяча?

— Ты считать не умеешь? — огрызнулся Деифоб. — Тогда учись: один… два… три…

— Они движутся слишком быстро и находятся пока слишком далеко, чтобы их можно было точно сосчитать.

— По крайней мере, ты согласен, дорогой брат, что их очень много?

— Да, согласен. Похоже, тебя это очень радует.

— А то как же! Руки чешутся сразиться!

— Гектор! — Андромаха коснулась плеча мужа. — Посмотри-ка туда.

— Чем больше, тем лучше! — крикнул Деифоб. — Значит, тем больше будут их потери. Армия такого размера не сможет прокормиться в чистом поле, вдали от родины. Они начнут умирать с голоду, и чем их больше — тем раньше. Их расчет — на молниеносный удар и быструю победу. Они надеются вернуться домой прежде, чем в лагере начнется голод. Но они идиоты. Они не смогут взять нас приступом. Возможно, — он самодовольно улыбнулся, — кое-кто из нас отважится дать им бой.

Он оглянулся на меня и продолжал:

— Вот он, человек, из-за которого двинулась в путь эта армада.

По одному кораблю на каждый золотой волос ее головы. Так пусть они разобьются о каменные стены нашей крепости! В наших стенах камней больше, чем золотых волосков на твоей голове!

Он замолчал, легкая улыбка удовлетворения играла на его губах.

Я отошла в сторону и отвернулась. Я не в силах была смотреть, как чудовищная черная полоса приближается к берегу. «По одному кораблю на каждый золотой волос ее головы»! Как ни ужасно, но это, похоже, правда. Сорок женихов превратились в огромную армию.