Голос вождя

Стояло то время, когда ночь подходит к концу, а рассвет только думает заниматься. Небо чуть-чуть посветлело, обещая восход.

Захаров передернул плечами под накинутой шинелью. В землянке жарища, а «на улице» зябко. Осень.

Хорошо еще, дождей нет, а то развезло бы взлетку.

Комэск прислушался — тихо как… Только часового слышно, что бродит у склада боеприпасов.

Нащупав в кармане шаровар пачку папирос, Александр закурил. Смолить, как Акулин, одну за другой, он не любил. Разве что в компании курнуть или вот так, в одиночестве…

Заскрипела дверца соседней «штабной» землянки, и наружу вышел комполка. Акулин был словно на парад — выбрит, затянут в ремни портупеи, фуражка с замятым верхом щегольски сдвинута на ухо. От майора за десяток метров разило одеколоном. Захаров мысленно присвистнул: раз командир встал на полчаса раньше, чтобы привести себя в порядок, то день явно ожидается жаркий.

— Ты, Саня? Не спится?

— Я, товарищ майор. Выспался уже! Я рано лег. Набегался вчера…

— Разведка вчера донесла, что Геринг спешно пытается восстановить 51-ю истребительную эскадру.

— Это та, которую мы под Смоленском месяц назад ощипали? — уточнил капитан.

— Она самая! — усмехнулся майор. — Их командир, оберст-лейтенант Вернер Мельдерс, едва оправившись от ранения, собирает под свое крыло «экспертов» со всего ихнего 2-го воздушного флота! Так что…

— Будет кому рыло начистить! — улыбнулся Захаров.

Акулин рассмеялся и покачал головой:

— Вот ведь до чего дошло, комэск: мы совсем перестали фрицев бояться! — А затем комполка добавил, подпустив в голос озабоченности: — Это очень опасный противник! Немцы умеют воевать, сам знаешь.

Комполка снова усмехнулся:

— Ну-ну… А знаешь, как немцы «И-16» прозвали?

— Во-во… Так наши «лавочки» им живо напомнили «И-16»! Они и прозвище соответствующее дали — «Большая крыса»!

— Да это мы еще посмотрим! — воскликнул Захаров задиристо. — Кто из нас крыса, а кто кот-крысолов!

Акулин шумно выдохнул:

— Сегодня будет тяжелый день! Мы снова прикрываем гвардейцев генерала Бата. Его дивизия отходит с тяжелыми боями к Бобруйску. И наша задача — не дать фашистским гадам безнаказанно бомбить танкистов! Не подведите, ребятки… Очень на вас надеюсь!

— Не подведем, товарищ майор. Вот увидите!

— Хорошо… Давай, Саня, поднимай своих бойцов. Готовьтесь, через час первый вылет!

— Есть, товарищ командир!

Поднимая своих ребят, комэск обратил внимание, что среди них не видно никакой нервозности — парни, умываясь, бреясь и надевая летные комбезы, обменивались веселыми шутками. Однако не перебарщивая, никакого шапкозакидательского настроения не было.

После завтрака на построении Акулин довел до личного состава задачу.