Не мой Ромео

– Сам не знаю. Ты всегда меня смешишь.

На ее лице расцветает улыбка, она не может сдержать смех.

– Учти, если ты выронишь меня вместе с пирогом, я в жизни тебя не прощу!

– Не бойся, о пироге я позабочусь.

– Тебе не достанется ни кусочка! – Она сдувает с лица мокрую прядь.

Я не свожу с нее глаз, громко смеясь, потом становлюсь серьезнее, мной завладевают сильные чувства. В животе спазм, мне трудно дышать – вовсе не оттого, что я слишком разогнался.

Я сам не свой из-за девушки у меня на руках.

– Промокла насквозь… – бормочет Елена, когда я ставлю ее на ноги в холле пентхауса. Она с чавкающим звуком кладет сумку, пакет и сплющенную коробку с пирогом на стол у двери.

– Вид сексуальнее некуда, – поддразниваю я ее, когда она стягивает с головы вязаную шапочку и сбрасывает туфли.

– Я не знала, что мокрая одежда – это сексуально.

Я перевожу взгляд на ее расцарапанные колени.

– Предупреждать надо!.. – ворчит она, когда я снова ее поднимаю, несу в гостиную и сажаю в одно из кресел. – Говорю же, меня хоть выжимай! Как бы не испортить твою мебель.

– Меня больше беспокоят твои колени, чем какое-то кресло.

Елена смотрит на меня. Волосы прилипли к лицу, с одежды капает вода. Сам я тоже не в лучшем состоянии. Она вся дрожит и, растирая руки, встает.

Я не могу спокойно видеть ее бедра, туго обтянутые мокрой юбкой.

– Можно мне взять полотенце? – Она кусает нижнюю губу. – Дашь мне какую-нибудь старую одежду? Я верну ее тебе на репетиции.

Я моргаю, поняв, что слишком на нее засмотрелся. Ладно, не буду.

Она скрывается в ванной. Я тороплюсь в спальню и ищу в шкафах что-нибудь, что бы ей подошло. Останавливаю выбор на спортивных шортах с затягивающейся резинкой и на старой рубашке, оставшейся еще с колледжа. Я стучу в дверь, она высовывает руку и берет одежду. Она успела завернуться в большое белое полотенце. При виде ее смуглых плеч я скромно отворачиваюсь.

– Когда ты оденешься, я осмотрю твои колени.

– Это не обязательно, Джек. Я сама промою ссадины.

– Нет, я хочу посмотреть. Жду тебя в гостиной.

– Спасибо. – Она, трепеща ресницами, кивает, забирает одежду и закрывает дверь.

Спустя пять минут, переодевшись в сухие штаны для бега и в футболку, я вхожу в гостиную с антисептиком и бинтами. Елена сидит в том же кресле, в которое я посадил ее раньше, и, сцепив руки, разглядывает комнату. Вид у нее выжидающе-сосредоточенный, плечи напряжены.

Я тяжело вздыхаю. Чертов пентхаус!

Знаю, ей не хотелось сюда, но до моего дома отсюда еще два квартала.

Увидев бинты у меня в руках, она улыбается.

– Ты серьезно подготовился. С моими коленями так все плохо?

– Хуже некуда. – Черт, у меня путаются мысли. Я сажусь перед Еленой на пол, оглядывая ее с головы до ног, откашливаюсь и начинаю – резче, чем собирался: – Тебе идет моя одежда.