Операция «Антитеррор»

И, хотя у Марии очень симпатичное даже личико, я успел бы с удовольствием достать до этого личика ногой раньше, чем она сможет приготовить пистолет к стрельбе. Плохо она знает спецназ ГРУ. Может, и пьяный облик подполковника Проханова ее расслабил. Его она сумела уложить. Но опять же, потому, что Леня не ожидал. Леня мыслил стандартно – баба... А я-то знаю, чего она стоит. И знаю, чего стою сам. И подготовлен ко всяким неожиданностям. А она уверена в своих «доводах» и неожиданностей от меня не ждет. Психологически я уже победил.

Посмотри на мою улыбку, дура... Неужели не видишь, что она кривая.

Безвыходное у меня положение. То есть положение с единственным выходом. Но если ты взялась за подобную работу, если взялась за принудительную вербовку спецназовцев, то, естественно, должна знать характеры этих людей, воспитанные многолетней службой характеры. И про этого конкретного тоже должна думать, что он не из тех, которые легко принимают поражение. Он к этому относится болезненно. И потому огрызается. Он просто уважение к себе потеряет, если огрызаться не будет, пойми...

– Я отлично знаю, что такое подстава, и понимаю, что ты меня подставила по-крупному.

Чтоб тебе на том свете за это все аукнулось...

– Ты согласен? – Вот настырная стерва. А я, стервец, еще настырнее.

– У меня же нет другого пути...

– В таком случае ты должен дать мне координаты еще нескольких спецназовцев города.

– Ну, ты умница! Они очень тебя ждут. Пуля тебе гарантирована. Или, в худшем случае, сломанная шея. – У меня в запасе много сценариев типа твоего... – а улыбается, дура, самодовольно. – Я выберу подходящий.

Вот тут у спецназовца характер должен сработать.

– Отвали... Меня заполучила, и будь довольна.

Я не из тех, кто своих ребят сдает.

– За каждый адрес – тысяча баксов...

– И уж тем более – не продает...

– Я могу тебя принудить.

– Как подполковника Проханова? Бесполезно. Лучше не будить во мне зверя. Ты добилась того, чего хотела от меня. Это твой максимум. В стакан не выльешь бутылку водки... Если я взбунтуюсь, то пойду напролом и наломаю дров. И из тебя, и из твоих ребят. Это я могу тебе обещать твердо. И будь потом что будет. Терять мне особо нечего. Мой угрожающий тон произвел впечатление.

Поднялся из угла комнаты парень, что приехал вместе с Марией.

Отставил «дипломат» к стенке и смотрит на меня, как волк на ягненка. Он думает, что у него серьезный взгляд. Эх, парнишка, волчонок ты по сравнению с майором Лоскутковым. Твоим взглядом меня не напугать.

– Вот – первый кандидат на дрова... – показал я пальцем. – И очень, мне кажется, просится.

Мария не дура. Она сообразила, что перегибать палку нельзя. И надолго замолчала. Сидит и постукивает ногтями по столу. А ведь нервничает, зараза... Не такая уж она «железная леди».