Шут и слово короля

Помещение такое низкое, что в полный рост не встанешь. И палуба под пушками, и борт забраны медными листами — чтобы не загорелись. Пушкари спят там же, сундучки их стоят у противоположной стены, в нише, пристегнутые ремнями. Лишнего места на корабле нет. Эдин бы тоже не отказался жить там, с пушками. Нет, ему объяснили, что эту честь полагается заслужить. Он спал на тюфяке возле двери в капитанскую каюту, и вещей у него не было, совсем. Все, в чем нуждался, надо было спрашивать на камбузе…

Слишком большие, мощные пушки нельзя ставить на корабль — опасно. А на форт можно.

Какая разница, насколько она слабее, если она сможет заставить форт замолчать?

А если плотно закрыть пушечные порты щитами и закрасить, можно будет решить, что их нет? Скрыть таким образом пушки — можно?..

— Эй, малахольный, ты не уснул? — полюбопытствовал кто-то позади Эдина, впрочем, вполне доброжелательно. — Здесь не спят. А то ненароком по голове схлопочешь чем-нибудь тяжелым.

Большой человек, с непокрытой головой и в шелковом камзоле с серебряными пуговицами рассматривал Эдина.

— Да… сударь… — Эдин неловко ему поклонился и попятился.

Кто это? Главный здешний начальник?..

— И чего стоишь? — не отставал тот. — Ты, вообще, кто? Заняться тебе нечем?

Но спокойно так спрашивал — не как начальник.

— Ты Эдин Вентсивер, что ли? — перебил «начальник».

Тут Эдин вообще дар речи потерял. Откуда бы этому гусю шелковому имя его знать?

— Ну, рад встрече. Ты ведь не так давно мне в сыновья метил, или я ошибаюсь? — незнакомец уже откровенно забавлялся.

Значит, это маркграф Сарталь?..

— Ну и как тебе парнишка, дорогой кузен? Принял бы в сыновья? — это Граф оказывается, подошел.

— Почему бы нет? — пожал плечами маркграф. — Как будто у меня дюжина сыновей. А этот вполне не плох. А ты считаешь, что еще и не глуп, так чего же лучше? Правда, когда я его застал, он стоял в забытьи и не заметил бы, сядь ему ворона на голову.

— Да? — хмыкнул Граф. — О чем ты так задумался, мальчик мой? Если это не секрет.

Эдин вздохнул и брякнул чистую правду:

— Я пытаюсь придумать, как Великий Хромой Король завоюет Таней.

— О? — поднял бровь Сарталь. — Кузен, ты что, прочишь этого молодца в министры королю Эрдаду?

— Пока рано загадывать, — ответил Граф уклончиво.

С верфи уезжали уже в карете маркграфа Сарталя — огромной, с гербами на дверцах и с синей бархатной обивкой внутри. Маркграф сидел на диване напротив Эдина и Графа, Эдин то и дело ощущал на себе его взгляд, скользящий, но внимательный. Граф — тот, кажется, дремал, прикрыв глаза.

Долго ехали молча, наконец маркграф сказал, этак вскользь, непонятно кому:

— Эта твоя привычка… не можешь чего-нибудь головоломного не затевать.