Шут и слово короля

И вот с легким скрипом за его спиной закрылись тяжелые железные ворота…

— Ваше разрешение, сударь?

Эдин предъявил листок плотной бумаги с печатью.

Потом были мрачные каменные коридоры, и маленькая комната, неожиданно светлая, перегороженная посередине кованой решеткой.

Капитан уже ждал, с той стороны решетки. Гладко выбритый, в свежей рубашке. В самое первое мгновение он посмотрел на Эдина с недоумением, но уже в следующее…

— Э… ты? Циркач, что ли? — он засмеялся.

— Да, неожиданно. Ты вырос, мальчик.

Капитан был теперь на полголовы его ниже. Эдин к этому уже привык — многие вдруг стали ниже его.

— О, ты окончил «Часы»…

На шее Эдина болтался знак школы. Собственно, если уж совсем честно, то Эдин и пришел сюда именно сегодня, чтобы показаться капитану со знаком на шее. Чтобы похвалиться, да. Давно об этом мечтал, со дня поступления, наверное. Но не надеялся, а тут такое дело…

Капитан протянул руку сквозь решетку, потрогал бляху на ленте. Сказать, что он был удивлен? Нет, скорее, задумчив.

— У меня тоже такой есть. Где-то валяется. Э, да ведь сегодня выпуск, да? Когда же был мой выпуск, десять лет назад? Да нет же, двенадцать, точно.

Тебе сегодня нужно до ночи есть и пить у дядюшки Пода! А пирог, как же пирог удачи? Ты чего сюда приперся в такой день, а? — вдруг захохотал капитан.

— Я уже наелся. И пирог от меня не уйдет. Просто разрешение дали лишь на сегодня, а завтра уезжать уже.

— Вот как, значит. А пирог не пропусти, разве можно! В моем куске знаешь что было? Монета. Целых полсоллена. К богатству, то есть. Так что все это, конечно, чушь, потому что с тех пор соллены лишь текли у меня меж пальцев. И те, которые я выручил за тебя, тоже.

— Еще ничего не кончилось, капитан. Ваше богатство дожидается вас где-то. А пока вот, — Эдин с улыбкой достал из кармана кошелек. — Здесь всего лишь серебряные лены, но пригодятся, наверное.

— Спасибо, дружище, — капитан спрятал кошелек. — Я твой должник. И за припасы от дядюшки Пода тоже спасибо! — он показал на сумку, которую Эдин положил на скамью. — С охраной придется делиться, ну да ладно, они у меня не злобные. Давно я не пробовал такой снеди! Сразу почуял, от запаха слюной давлюсь!

— Ах да, конечно, совсем забыл! — спохватился Эдин, и они расхохотались оба.

Эдин достал бутылку из сумки, откупорил, просунул капитану сквозь решетку, потом туда же последовал кусок пирога и ломоть мяса. Капитан принялся есть, запивая, и весело поглядывая на Эдина.

— Кто ты на самом деле, циркач? Ты мне скажешь, наконец?

Эдину смеяться расхотелось.

— Я действительно циркач. И сирота, — сказал он. — Но ведь не поверите, правильно?

— Правильно, не поверю.

— А большего не скажу, сам не знаю.

— Гм. Ну ладно. А я часто вспоминал тебя, кстати. Особенно здесь.