Шут и слово короля

Тот самый сумасшедший брат Аллиель Кан, который доставал тебе цветочки? Эдин, это правда было, она не сочинила, нет? И, потом, что за брат, о котором я не знаю? Ты что, внебрачный сын лорда Кана?

— Нет, — Эдин улыбнулся. — Леди Ниала, рад встрече.

— Эх. А я на секунду обрадовался, что ты можешь быль сыном Кана, — вздохнул Рай. — Ну, ладно, сестренка, просвети нас, мы видели какого-то якобы жениха Аллиель Кан. Что это за птица, и откуда взялась? Он правда ее жених? И почему он на балу у тети? Она же не могла пригласить на бал шута? Или могла? Или король передумал?

— Да, именно, это барон Лажан, жених Аллиель, — сказала Ниала, — он очень древнего и благородного рода.

Их сосватала ее величество королева Астинна. И он… как бы сказать, не совсем шут, но в какой-то степени, немножко…

— Как это? Я что-то не пойму, — наморщил лоб Рай.

— Специально для него учредили придворную должность управителя придворных шутов. Поэтому он носит на левой руке пеструю повязку, такую, как куртка шута. А в остальном — он дворянин, с правом меча. У него замок в Караде.

Карада… Это не так уж далеко от Вердена.

— То есть, он командует придворными шутами? — уточнил Рай. — Теперь при дворе есть такая должность для дворянина? Да? Храмы и демоны! Я сейчас помру от смеха, — он демонстративно взялся за живот.

Для Эдина в этом не было ничего смешного, с какой стороны ни глянь. Он ведь в скором времени угодит в шуты к королю, так что же, этот зануда с баронским титулом будет им командовать? А что еще хуже — у Аллиель, получается, и правда есть жених!

— А что вы хотите? — сердито сказала Ниала. — Королева заботится об Аллиель. Она дает ей в приданое две тысячи солленов.

Каково было бы бедняжке и впрямь выйти замуж за шута? Ей уже заказали чудесное свадебное платье, и другие платья на первое время. Ведь граф Верден… вы понимаете.

Эдин мысленно усмехнулся. Он как раз понимал. Граф запросто мог бы купить для Аллиель хоть десяток платьев, хоть два десятка, хоть три, и одинаково не заметил бы этой траты. Почему он прикидывается нищим, тоже ясно — водит за нос короля. А вот Аллиель, должно быть, и впрямь несладко приходится, то и дело принимать чужие милости.

— Она любит своего жениха? — хрипло спросил он.

— Ну конечно! — воскликнула Ниала как-то чересчур поспешно, и тут же поправилась, — и, потом, она ведь может полюбить его и после свадьбы, у многих так и бывает, я знаю!

— Ага, — Рай не спеша переводил взгляд с бледного лица Эдина на взволнованное лицо Ниалы, — сестренка, а можешь ненадолго увести Аллиель от ее шута?

— Попробую, — согласилась девушка, — ждите здесь.

Вскоре она вернулась, распахнула дверь, пропустив Аллиель в маске, и тут же исчезла.