Варяг. Мечи франков

Река Сена, близ устья реки Эр. Каждый сам по себе

— Они ушли, — сказал Гейр Седое Перо, стараясь не глядеть на Хрольва, чье лицо сегодня было как никогда похоже на рожу тролля. Каменного тролля. — Собрались и ушли. По той реке, что мы миновали вчера.

— Зачем?

Хрольв был в ярости. Но он не стал бы тем, кем стал, если бы не умел сдерживаться.

— Бьёрн велел тебе передать: ему во сне явился дед и сообщил, что выше по течению той реки находится франкский гард Шартр. Когда-то дед Бьёрна взял в этом городе славную добычу, поскольку там находится дом самого важного христианского жреца в окрестностях.

Бьёрн Железнобокий выпотрошил это капище и взял там много золота. И дед во сне велел внуку повторить его подвиг.

— В Париже золота намного больше, — процедил Хрольв.

— Бьёрн знал, что ты это скажешь, — кивнул Гейр. — Он сказал: да, столица франков богаче, но в Париже высокие стены и много воинов. А этот город его дед брал на меч. А еще он сломал его стену. Бьёрн сделает то же самое. Разобьет стену и возьмет гард. Но без тебя, Рёнгвальдсон. Это семейное дело.

Ярость плеснулась наружу. Хрольв заскрипел зубами. Бешено глянул на Гейра.

Тот был храбрым человеком, трус не рискнул бы сказать все это в лицо сыну Рёнгвальда, но никто из присутствующих не осудил Гейра, когда тот попятился.

Однако Пешеход вновь сдержался. Не стал срывать гнев на том, кто всего лишь согласился стать посланцем. До Бьёрна Хрольву не добраться. Пока.

Так что он сумел взять себя в руки и стал размышлять, что теперь делать.

Вариантов было немного. С тем, что осталось от союзного войска, Париж Хрольву не взять. Но у франков много земли, много городов и много конунгов. Причем некоторые из них силой не уступают конунгу всех франков.

Например, конунг бургундский. Напасть на такого можно. Но глупо. Даже если и удастся победить, такая победа приведет к потере большей части хирдманов. А значит, к поражениям в будущем. И так будет, если схватиться с любым, кто так же силен.

Остается грабить слабых. Но слабых славные северяне уже обчищали. И не по одному разу.

Проклятье! Пусть вороны вырвут Бьёрнов змеиный язык! Дед во сне явился… Как же! Бьёрну не понравилось, что он, Хрольв, не признал его старшинство! Как же! Конунг свеев! Если бы отец Хрольва был конунгом свеев и оставил ему страну в наследство, Хрольву не пришлось бы доказывать, что он достоин.

Любой, кто взглянул бы на сына Рёнгвальда, сразу это понял бы. Иначе зачем боги сделали Хрольва таким могучим?

Чума на голову этого Бьёрна! Хрольву очень хотелось догнать бывшего союзника и воздать по заслугам: вызвать и убить.

Жаль, не удастся. Потребуй Хрольв хольмганга, хускарлы этого не допустят. И что тогда? Биться хирдом на хирд на радость франкам?

Хрольв поскреб бороду. Потом затылок. Потом снова бороду.