Солнце и луна

Сутана его была задрана по пояс, ноги расставлены, и между ними находилась белокурая голова коленопреклоненной Эллы.

– Я бы не побеспокоил вас, Олдос, – сказал Хью с таким видом, словно ничего особенного не происходило, – но синьор Орландо уже здесь.

Прикрыв дверь, он взял за локоть ошеломленную Филиппу и повел прочь.

– Надо же, наш друг как будто вполне оправился от головной боли. Впрочем, пока еще он спустится! Давай встретим его гостей сами.

Девушка остановилась, высвободилась и глянула на дверь спальни Олдоса.

– А чем они там… что они… это ведь не может быть то, что я подумала?

– А что ты подумала? – спросил Хью с невинным видом.

– Прекрати издеваться! Просто ответь на мой вопрос!

– Не дурочка, сама разберешься.

Он снова подхватил Филиппу под локоть. Как раз когда они спустились в холл, Глэдис ввела гостей, но Хью так и не успел их поприветствовать, потому что по лестнице, путаясь в сутане, сбежал раскрасневшийся Олдос.

– Синьор Орландо! Олдос Юинг к вашим услугам! Прошу прощения, я был занят важным делом…

– Принимал исповедь у служанки, – вставил Хью. – Ведь для этого она и встала на колени, не правда ли?

– Филиппа де Пари из Оксфорда, – поспешно представилась девушка.

 – Я изучала ваш трактат.

– Вы знакомы с моими трудами? Красавица, увлеченная метафизикой! – Орландо Сторци пожал Филиппе руку и повернулся к своему спутнику. – Англия мне уже по душе, друг мой Истажио!

– Мне, пожалуй, тоже. – Тот покосился на высокую грудь Глэдис.

– Вам следует отдохнуть и подкрепиться с дороги, – вступил в разговор уже вполне опомнившийся Олдос. – Эй, несите вино и печенье! Глэдис, отведи слугу синьора на кухню.

– Истажио не слуга, – возразил синьор Сторци.

 – Он… как это говорится… он делает бубенчики!

Хью и Филиппа обменялись озадаченным взглядом. Олдос, похоже, понял не многим больше.

– Ах, вот как! – сказал он тем не менее. – В таком случае он может присоединиться к нам.

– Но сначала покажите, где моя лаборатория. – Синьор Сторци потер руки. – Я жду не дождусь распаковать свое снаряжение.

– А как у вас называется место для научных опытов?

– Произошла ошибка! – Олдос нервно рассмеялся. – Сестре следовало выражаться точнее в своих письмах к вам.

Завтра рано утром мы отправимся в замок Холторп, и вот как раз там… – Он бросил взгляд на Хью и запнулся. – Словом, ваша лаборатория будет в подвале замка. Там все и распакуете.

– Все потому, что письма были на французском, в котором я не силен. Прошу простить за недоразумение. – Синьор Сторци сокрушенно развел руками.

– Если наш разговорный язык для вас труден, можем перейти на латынь, – предложила Филиппа.

– Благодарю вас, это излишне. Изучение языков укрепляет память. К тому же Истажио не знает латыни.