Солнце и луна

– Наши отцы часто вместе выезжали на соколиную охоту, – сказала Клер, поглаживая свою птицу.

– Я слышал об этом от Олдоса.

Язык у Хью заплетался. Он снова пожалел, что столько выпил.

– Я их сопровождала. Почему вы никогда не охотились с нами? Я лишь понаслышке знала, что у сэра Уильяма есть сын года на три меня моложе.

– Отец настаивал, чтобы я все свое время отдавал учению.

– И вы не знаете, что нас чуть было, не обручили?

Страсти Господни! При мысли о том, что ему был уготован брак с этой женщиной, Хью почувствовал озноб.

– Это предложил мой отец, но ваш не согласился.

– Потому что счел меня слишком молодым для вас? – вежливо осведомился Хью, поднося к губам кубок.

– Нет, потому что спал со мной.

Лишь по чистой случайности он проглотил вино раньше, чем оно вылилось через нос.

– Ваш отец лишил меня невинности, когда мне было тринадцать лет, – невозмутимо продолжала Клер. – А ему тогда было чуть больше, чем вам сейчас. Я не знала мужчины более красивого и властного. И столь проницательного. Он заметил, что я сохну по нему, и однажды на охоте увлек меня в сторонку. Как только мы скрылись от посторонних глаз, он бросил на землю свой плащ, а когда я спросила зачем, ответил, что утомлен и хочет прилечь.

Мы прилегли, и он сказал, что день выдался жаркий, что мне лучше снять платье…

Хью вдруг ощутил жалость, но не к этой холодной и распущенной женщине, а к той девочке, чьим детским увлечением так ловко воспользовался его отец. Отец, который изо дня в день читал ему лекции о рыцарской чести.

До сих пор Хью казалось, что ненавидеть отца сильнее он уже не может. Как выяснилось, он ошибался.

– Таких мужчин теперь нет, – задумчиво протянула Клер.

 – Впрочем, вы отчасти на него похожи. А знаете, я помню вас. В Пуатье вы как-то раз трахнули меня в зад! Ну да! Роже де Форелл предложил мне взять в рот, я встала на четвереньки, а вы оказались тут как тут!

Теперь Хью пожалел, что выпил слишком мало.

– Ну, как же! На конюшне! А потом вы еще привели того рыжего конюха и вдвоем с Роже подбадривали его криками, пока он баловался со мной.

– Говорю вам, это был кто-то другой! Я бы не забыл такую… такую романтическую сценку.

– Хм… и правда… я вас перепутала с Гийомом, кузеном Роже де Форелла. Он тоже блондин.

Знаете, со временем лица стираются из памяти.

– В Пуатье я держался в стороне от общества.

– Ах да! – Судя по всему, только теперь Клер, в самом деле, узнала его. – Я заметила вас в Пуатье как раз потому, что при всей внешней привлекательности в вас было что-то загадочное: вы появлялись и исчезали, слушали, но редко вступали в разговор… держались в стороне ото всех и всего. Придворные дамы вас не занимали, хотя однажды я подслушала, как судомойки обсуждают ваши достоинства.

«Судомойки, – подумал Хью.