Табор смерти

Продолжать игру или сразу за шкирку Жигана брать – это пусть опер голову ломает, она у него большая. У Циркача же все проще – развести на разговор. Он и развел…

В девять вечера оперативники и Циркач встретились на специально выделенной местными товарищами явке в центре города, рядом со старым кремлем. Она располагалась в кожевенной мастерской в старинном кирпичном двухэтажном здании, туда вел отдельный вход со двора. Нырять и дальше друг к другу в гостиничные номера становилось подозрительно.

– Вот не чую я угрозы от этого Жигана, – подытожил Циркач. – Но что-то он хитрит.

– Я бы не пошел, – сказал Васин, беря со стола сушку и перекусывая ее с хрустом. – Взять его за хобот и заставить трубить обо всем, что знает и не знает.

– А по мне так лучше продолжить игру, – объявил свое мнение Циркач. – Пусть притащит документики, и – с поличным его. Совсем другой простор для разговора. Вон как он тюрьмы боится. На этом можно сыграть.

– Опасно, – не унимался Васин. – Идти черт-те куда черт-те к кому. И черт-те чем все это закончится.

– А, – махнул рукой Циркач. – Мы, цирковые, – люди бедовые!

– Иногда рискнуть надо, – подумав, подвел черту Ломов. – Иди, Сашок, на встречу с контингентом. Мы тебя подстрахуем. Авиацию и артиллерию не обещаю, но пара оперов будет.

– Это сила! – хмыкнул Циркач.

– Главное, вывести Жигана, чтобы он тебе документы принес. Хоть какие, лишь бы подложные и с печатью. И попытайся его развести на разговор о Копаче и узнать как можно больше. В бой, мушкетер! Все МВД на тебя смотрит с надеждой и восхищением.

– Вот умеете вы душевно посылать в атаку, – расплылся в глумливой улыбке Циркач. – За что я вас уважаю аж до дрожи. Прям готов ради вас расстаться с самым дорогим.

– С чем? – подозрительно посмотрел на агента Ломов.

– С кошельком и с волосами, – Циркач погладил лысину, которая безжалостным завоевателем захватывала все новые пространства на его черепе.

– Эх, Сашок. Ты не акробат, а клоун, – усмехнулся Ломов. – Ладно, ребята, хорош скалиться. Работаем…

На северо-западной окраине города, около клуба завода «Пролетарский пресс», Циркач должен был появиться в двадцать один тридцать. Отправился он туда заблаговременно, и не зря. Битый час дожидался автобуса номер одиннадцать, отходящего от площади Ленина, что рядом с гостиницей. И злился, что транспорт в Шуваловске ходит отвратительно.

В автобусе, протиснувшись на сиденье, Цыган лениво уставился в окошко. Мимо проплывали улицы, парки, заводские корпуса. И стандартные в любом городе СССР вывески: «Продмаг», «Универмаг», «Вино-соки», «Молоко», «Булочная», «Кафе», «Кафетерий», «Почта» и в большом количестве «Ателье». Но мысли его витали далеко от городских пейзажей. Внутри все кипело в предвкушении завершения дела.