Табор смерти

– Фантасты пишут, что настанут времена, когда машины думать научатся, – мечтательно протянул Васин, начитавшийся журналов «Техника – молодежи». В последнем номере как раз была большая бравурная статья о перспективах думающих машин. – А еще говорить. И даже планировать все за нас.

– Ну и заливаешь, студент! Это твой патефон будет говорить, когда тебе вставать и зубы чистить? – развеселился Ломов. – И что у тебя на день запланировано.

– Пальчики машина будет сверять, шеф! – настаивал Васин на преимуществах технического прогресса. – Десять минут – и дело в шляпе! По фототелеграфу тебе из Москвы и портрет злодея пришлют, и его полную биографию. И адреса «малин», где он отдыхает.

– Это ж надо. Машина. С лупой и карандашом! – Апухтин рассмеялся, сбрасывая нервное напряжение от недоделанной работы. Ему вдруг представился робот, держащий в манипуляторе лупу, сверяющий дактоузоры, отчеркивающий карандашом детали и гулким голосом долдонящий: «Установлено соответствие. Личность идентифицирована. Установлено. Установлено. Установлено».

– Ну почему сразу… – надулся Васин.

– И задерживать тоже машина будет? – не мог успокоиться Ломов. – А мы на что?

– Кнопки будем нажимать, – буркнул Васин, возмущенный таким невежеством. – Тогда уже коммунизм будет. Воровать никто не станет. Люди будут сознательными.

– Преступники будут всегда, – возразил следователь. – Потому что обязательно найдется паршивая овца. И никакое воспитание тут не поможет.

– Главное, чтобы блеяла такая овца, только когда ей позволят, – сказал Ломов. – И не бодалась…

Между тем круговерть расследования все сильнее увлекала следственно-оперативную группу. Работы по проверке версий было много. Пытались зацепиться и по угнанному транспорту, который использовали бандиты. Мелькали в основном полуторки «ГАЗ-АА».

– Любимая машина, – говорил Ломов.

– Чтоб она им катафалком стала! – с чувством отвечал Васин.

Не дремала ГАИ в области, тщательно проверяя подозрительные машины. Продолжались проверки цыган. Агентура была настороже. Но Копач подтверждал славу заговоренного невидимки и не возникал нигде, кроме как на очередном налете.

– Какая же ушлая и опасливая мразь, – только и кивал Ломов.

Так прошло дней десять. И вот однажды на утренней летучке Апухтин торжественно положил руку на папку, как священник на Библию:

– Ну, вот и результат, – объявил он.

– Эксперты проснулись? – подался вперед Ломов, будто хотел схватить документы.

– Проснулись, – кивнул следователь. – Идентифицировали фигуранта.

– И кто же эта гадина? – спросил Васин.

– Некий Михай Арапу. Уроженец села Боржавское Чехословакии. Сейчас это Закарпатская область Украины.

– Ох ты, едрить-колотить! – воскликнул Ломов.