Тени исчезают в Раю

Он собирался сразу пойти к Тайни, но гравитация толпы и его затянула с огромный зал, в котором обычно проводились концерты. Алекс знал, что в конце его путевки здесь ожидалась поп-дива средней величины, но ему было жаль тех денег, которые стоил билет. Да и не было их теперь, этих денег. А пресс-конференция – это совершенно бесплатно. Зал на пару тысяч был заполнен до отказа. Закаты дают каждый вечер, а тут настоящая топ-журналистка.

Кайса вновь была валькирией. Ее роскошные волосы были уложены в высокую прическу. С одной стороны – строго, с другой – очень женственно. Яркая косметика оттеняла природную красоту блондинки. Она была одета в деловой костюм с юбкой-футляром. Журналистка сидела на высоком, вроде барного, стуле, и ее ноги в высоких шпильках, хитро уложенные одна на другую, казались просто бесконечными. Рядом восседал огромный и невозмутимый, как скала, Себастьян Марсо, в парадной форме Космического десанта. Знаки отличия подтвердили – да, Себ уже был полковником. Стремительная карьера. Но, учитывая, что в тылу он никогда не отсиживался, вполне закономерный итог. На третьем стуле сидел плюгавенький штатский, скорее всего – представитель администрации. На четвертом – седой бородатый мужик, одетый в традиционные одежды местных: рубаху почти до пят, штаны, сланцы, белый платок с ободком. Когда Алекс сунул нос в зал, он был набит, как банка шпрот. Были заняты все сидячие места, и даже на ступенях сидели люди. Алекс устроился у стены возле входа.

Кайса рассказывала присутствующим о древней культуре аборигенов. О вынужденной мере – воровстве жен, тех девушек, кому не посчастливилось найти счастье в современном мире. Журналистка дала слово местному «авторитету», который осудил выходку молодежи, но признал ситуацию безвыходной. Блондинка добавила в пастораль ложку дегтя, поинтересовавшись о том, как живется женщинам в гаремах, и есть ли у них шанс получить образование, работать и т. д. Старик повторил слова Махмеда об осветительной роли женщины в жизни мужчины. Словно по заказу, в зал вошел недавний пленник. Он, казалось, не замечал никого вокруг и смотрел только на Кайсу и Себастьяна, который взял ее на руку. Коллингейм потянулся корпусом к портье и тихо произнес:

– Такова жизнь. Чтобы быть рядом с джиннийей, нужно быть джинном.

– Ты тоже джинн? – с насмешкой спросил Махмед.

– Не-а, – честно признался Алекс.

– Он рыцарь, – послышался сзади голос Роул.

Коллингейм и Махмед синхронно оглянулись.

– Это такой джинн, только человеческий, – пояснила китиарка, протискиваясь перед Алексом и забираясь ему под руку. Детектив осторожно прижал ее к себе и сунул нос в макушку, вдыхая знакомый пьянящий запах.

– Простите, – прошептал Махмед и стал опускаться на колени.