Катрин. Книги 1-12

Кроме того, в комнате стояла большая черная плита, на которой все время кипело странное варево. Но в эту комнату, где работали двое черных рабов, Абу-аль-Хайр не повел Катрин. Вместо этого он тщательно закрыл дверь, усадил молодую женщину на подушку у камина и подбросил охапку дров на тлеющие угли. Мгновенно вспыхнул огонь. Затем он взял с полки ножницы и подошел к Катрин, которая сидела, задумчиво глядя на пламя.

— Позвольте мне срезать один локон ваших замечательных волос, — попросил он.

Кивком головы она разрешила ему сделать то, что он хотел; он отрезал у нее за ухом золотой локон и несколько мгновений держал его, глядя вверх и бормоча шепотом слова, которых нельзя было разобрать.

Невольно заинтригованная, Катрин смотрела на него…

Неожиданно он бросил волосы в огонь вместе со щепоткой порошка из оловянной коробочки. Протянув руку к пламени, которое высоко взвилось зеленовато-голубыми язычками, он произнес заклинание. Затем наклонился вперед и пристально вгляделся в пламя.

Единственным звуком в большой комнате было потрескивание огня… Голос Абу-аль — Хайра, произносивший предсказание, звучал громко, странно и незнакомо:

— Дух Зороастр, господин прошлого и будущего, говори со мной посредством этих языков пламени… твоя судьба, о женщина, это путь из темноты к солнцу, подобный путь матери нашей, Земли.

Но ночь темна, и солнце далеко. Для того чтобы достичь его — а ты его достигнешь, — тебе потребуется больше мужества, чем требовалось до сих пор. Я вижу много испытаний и кровь, много крови.

Конец пути осветит огненный алтарь в стране Востока.

Любовь поможет пройти через все испытания… Ты можешь стать почти королевой, но должна будешь отдать все, если хочешь достичь настоящего счастья…

Катрин закашлялась. Сернистый дым, валивший от огня, начинал душить ее. Тихим голосом она спросила:

— У меня в самом деле есть надежда на счастье?

— Полное, абсолютное счастье… но… как странно! Слушайте: ты достигнешь этого счастья лишь тогда, когда зажжется большой огонь…

— Огонь?

Абу-аль-Хайр вышел из священного оцепенения провидца и вытер пот широким рукавом.

— Я не могу сказать вам больше. Я видел солнце над огнем, в котором горело человеческое существо. Вы должны быть терпеливы и сами ковать свое счастье. Смерть может принести вам только небытие, а вам это не нужно…

Он подошел к окну и открыл его, чтобы выветрить сернистый дым. Катрин встала, привычным жестом поправила платье. Ее лицо все еще было бледным, глаза печальными.

— Я ненавижу этот дом и его хозяина.

— Поезжайте и проведите несколько дней со своей матерью.