Таверна «Хитрая свинья», или Котлета для генерала

На нём был чёрный мундир, подчёркивающий идеальную фигуру и, как всегда, сияющие сапоги.

– Вам рассказали о том, что там произошло?

– Да… Я решу этот вопрос, – генерал почему-то выглядел холодным и отстранённым. – Но сейчас я здесь по-другому поводу. В гарнизоне находится Вильгельм. Инкогнито. И Его Величество желает видеть вас.

Глава 37

Я тяжело вздохнула, понимая, что отказаться не получится. Придётся идти, хотя у меня и был вагон и маленькая тележка своих проблем.

– Вы не знаете, чего хочет Его Величество? – спросила я у Эджертона.

Но тот лишь раздраженно пожал плечами:

– Мне это неизвестно.

Мы направились к гарнизону, и вскоре перед нами открылись высокие ворота, впуская в большой внутренний двор. Я впервые попала на этот “закрытый объект” и с интересом осмотрелась. Ближе к реке располагались казармы. На деревянных смотровых вышках стояли часовые. У небольшой насыпи азартно тренировались молодые солдаты. Они увидели меня и приветственно замахали руками:

– Добрый день, леди Карлайл!

Улыбаясь, помахала им в ответ. Генерал снова поджал губы.

Он проводил меня к одноэтажному строению, стоящему неподалеку от казарм, и открыл дверь.

– Прошу, леди.

– Благодарю, – я переступила порог и обернулась. – А вы не пойдёте со мной?

– Король желает говорить с вами, – процедил Эджертон. – Не со мной.

Кивнув, отвернулась от него. Чего ты бесишься? Непонятно…

Вильгельм сидел за столом, заваленным картами и бумагами. В одной руке он держал бокал с вином, а во второй сжимал перо. Увидев меня, король поднялся:

– Леди Карлайл! А вот и вы…

– Здравствуйте, Ваше Величество, – присев в реверансе и ожидая чего угодно, ответила я.

– Это взаимно, моя дорогая, – Вильгельм подошел ко мне и, взяв под локоть, подвёл к креслу. – Присаживайтесь. Я хочу поговорить с вами.

– О чём же? – я опустилась на твёрдое сидение. – Надеюсь, ничего не произошло?

– Я узнал, что вы стали опекуншей дочери виконта Ормонда. Пенелопа, как вы решились на столь отчаянный поступок, зная, что вместе с ребенком к вам перейдут долги? – поинтересовался король. Он взял еще один бокал и, вернувшись на своё место, наполнил его.

– Да, но я ведь не могла отправить ребёнка в приют. Для меня это неприемлемо, – ответила я. – Холли – моя родственница.

– Это похвально, похвально… – задумчиво произнёс Вильгельм, а потом протянул мне бокал. – Скажите, Пенелопа, ваша матушка ведь дочь маркиза Аруана?

Если бы я знала…

– Э-э-э… да, Ваше Величество, – кивнула я. Наверняка королю это известно. Иначе он не стал бы уточнять.