Чужая дочь

Эх и красивая у него жена… Только вот отчего глядеть на нее тошно?

А вот сейчас войдет Тася с кастрюлей в руках – и одного взгляда на нее окажется достаточно, чтобы почувствовать себя совершенно счастливым.

Хотя бы ненадолго…

Однако Тася вошла не одна. За ней следовал веселый Шульгин, причем без палки: нес большую фарфоровую супницу.

– Народ каши просит, а не тут-то было, – сообщил Шульгин. – Мы с Тасенькой такой супчик с крапивой накухарили!

Тася подошла к первому, конечно, к Говорову – главе семьи, и он увидел, как нервно дернулась Маргарита.

Когда Тася наливала суп в ее тарелку, Маргарита дернулась снова и демонстративно отодвинулась от стола, как будто боялась, что суп будет вылит не в тарелку, а на ее платье. И даже что-то стала с него стряхивать…

Говоров только головой покачал от такой вопиющей вредности и принялся наливать из графинчика водку в рюмки.

– Витамины! Давай, давай! – балагурил Шульгин, указывая Лиле на тарелку с крапивным супом.

– Мне чуть-чуть! – пискнула Лиля.

Тася с улыбкой налила ей совсем немного.

– Приятного! – шутливо посоветовал Шульгин.

Следующим была очередь Евсея Ильича, потом Кости.

– Бурда диетическая! – буркнул сын.

– А по шеям? – сердито осведомился Говоров, косясь на Шульгина.

Тот выглядел таким довольным, радостным… счастливым, можно сказать.

Конечно, здесь Дементий снова почувствовал себя дома. И все-таки в его веселье крылось еще что-то, и это что-то не слишком нравилось Говорову.

Шульгин от Таси просто не отходит. То и дело норовит оказаться на кухне, чем-нибудь помочь. Конечно, можно сказать, что он старается быть как можно более полезным в доме, где его приютили и относились к нему как к родному, однако столь откровенное ухаживание за Тасей – это уже чересчур.

А может, Говорову только кажется?.. Может, Шульгин просто шутит – по своему обыкновению?

Нет… кажется, это уже не шутки!

Тася налила суп в тарелку Шульгина, а тот вдруг схватил за руку и поцеловал, а потом… потом окинул смутившуюся Тасю таким взглядом, что Говоров даже поперхнулся.

Он с трудом справился с судорогой раздражения, пробежавшей по лицу, почувствовав взгляд Маргариты. Она-то заметила эту судорогу…

Говоров торопливо расставил полные рюмки, поднял свою:

– Ну, с приездом! За хозяйку!

Хозяйка даже не кивнула в ответ.

«Кроме того, я не хочу, чтобы это все – мой дом! – достался твоей пэпэжэ!»

Говоров словно опять услышал эти слова и залпом опрокинул рюмку. Маргарита будто не замечала, что к ней тянутся чокнуться Евсей Ильич и Шульгин. В конце концов они чокнулись друг с другом и, выпив, принялись за еду.

А дети уже скребли ложками по дну своих тарелок.

– Ну что, вкусно? – задорно спросила Лиля.