Эпоха мертвых. Дилогия (СИ)
Это тот случай, когда горькое предчувствие надвигающейся катастрофы оправдывается, и люди оказываются перед лицом страшной опасности — куда более серьезной, чем они ожидали. Спасения ждать неоткуда — мир осыпался пылью в одно мгновение, и лишь самые удачливые продолжают путь, борясь с теми, кого они по привитой Голливудом привычке именуют «зомби». Но это не те вялые тугодумы с навеки замершим сердцем — нет, людям противостоят совсем иные существа, которые меняют облик каждый день, становясь умнее, хитрее и опаснее. Выжить в новом мире непросто, да и, кажется, что и цепляться за жизнь больше не для чего, но только не тогда, когда рядом — лучшие друзья, с которыми и море по колено.
А у вас как?
— Плохо, — бесцветным голосом ответила мама. — Добралось и до Смоленска несчастье. Дома сидим, продукты заканчиваются, а по улицам эти сумасшедшие разгуливают. Помнишь Рустама Ахметовича из третьего подъезда?
— Ну, предположим, — Виктор действительно смутно припоминал добродушного старика, каждый вечер прогуливавшегося с любимой дворняжкой по кличке Плюшка. Та, даром что пережила добрую половину своих «дворянских» подружек, всегда источала такую энергию, какой не могли похвастаться иные щенки. Дети собаку любили, кстати…
— Даже его не пожалели, — вздохнула мама.
— Убили, что ли?
— Убили, ой жестоко убили. Налетели вчетвером, свалили с ног, да он головой на бордюр и налетел, крови было… А потом меж собой драться-кусаться начали, и одному аж шею прокусили. А какой-то звук-то был, ужас, Витя, как страшно! Все это так страшно!
— Они никого не жалеют, — вздохнул Виктор, во всех красках вспоминая виденное накануне. — Они же не понимают, что делают, мама. Это болезнь, это точно хворь какая-то, пока нам непонятная.
— Ты-то там как?
— Я всем запасся, недели полторы-две точно протяну.
— Да, в новостях вчера сказали, что отменили все рейсы.
— А что еще говорят?
— Сегодня уже ничего, — призналась мать. — Нет сигнала ни по телевизору, ни по радио. Вчера-то один канал только работал, да и то с перебоями. Еще бы лебединое озеро включили, болваны.
— Ладно, мам, я вам скоро еще позвоню, надо сейчас делами заняться.
— Да какие дела, Витя? Нету больше дел никаких!
— Есть, еще как есть.
— Ой, откуда ж мне знать, — вздохнула мать. — На три, четыре, может быть. Ну, еще есть соседи, вроде все живы-здоровы, по домам сидят. Дверь в подъезд заперта, никто не залезет. Надеюсь…
— Понял. Хорошо, мам, целую, папе привет. Не выходите никуда, даже на площадку, я что-нибудь придумаю. Будем на связи.
— Удачи, сынок, звони нам!
— Обязательно.
Следующей на очереди была Ленка. На сей раз томиться ожиданием не пришлось, жена ответила сразу.
— Алло, — холодный, но такой родной голос.
— Привет, Лен.
— Витя! — потрясенно воскликнула супруга. — Боже, Витя, где ты? Ты в порядке?
— Я в Париже, пока в порядке, но ситуация здесь невеселая."
"— Да и у нас тоже, — призналась Лена. — Из Вашингтона зараза моментально по всей Вирджинии разбежалась, в Мэриленде тоже беда. Вообще, все выходит из-под контроля, полиции просто не хватает. Что происходит вообще, а…
— А ты сейчас где?
— В Бостоне, — кратко ответила жена, и в голове Виктора будто что-то взорвалось.
— С ним?
— Да.
















