Яга

В супец сей сливочек деревенских коровьих хорошо бы бросить, да где их в лесу этом постылом бабушке-кромешнице взять-то? Так и мыкаешься таежницей годинами постными без сметаны».

Супец варили вместе, вместе и ложками по мискам скребли.

Однажды волхв спросил свою ученицу:

– А откуда у тебя взялись эти зубастые служки? Ведь всем известно, что виверны больше драконы, чем летающие ящерки. Они бесценны, а у тебя их целых две!

Баба Яга подбоченилась и хитро заявила.

– Это привет из предпоследней жизни.

Волхв заинтересованно вскинул брови, ожидая продолжения истории.

– Это было лет сто тому назад. Хотя нет, пожалуй, еще раньше. Я захворала однажды, чахотка навалилась. Ковыляла по урочищу больная, да немощная. Чихаю да кашляю на весь лес. Зачем из хаты тогда вышла, уж и сама запамятовала. Помню только: возвращаюсь к избушке, хмуро так на нее смотрю и как прикрикну!

– А причем тут виверны? – робко подал голос Двусмысл, пытаясь вернуть ведьму к сути повествования.

– Да, да, – рассказчица кашлянула и продолжила. – Виверны. Я их в Нави нашла.

Баба Яга прищурилась и надолго замолчала.

"

"– Когда я прикрикнула на избушку на курьих ножках, она шарахнулась назад, поворачиваясь к лесу передком, а я так разозлилась, что уже хотела ее облаять последними словами. Вот тут-то я и заметила, что на месте избы стоит призрачная башня. Высокая, из крупных камней сложенная, опаленная и жуткая. Вот тогда-то я и поняла, почему избушка нарочно выбрала именно это место в лесной глухомани. Здесь есть вход в мир мертвых. В саму Навь!

Баба Яга хихикнула и задумчиво почесала нос.

– Долго рассказывать.

Вышагнула я в мир иной, а там везде разноцветные камни на сухом песке валяются. Я даже подумала, что это тыквы. Вот парочку и прихватила. Черный камушек был меньше перламутрового, но тяжелее. Уж я их и колотила, и лупила, все думала, что диковинки с изнанки имеют волшебную мощь.

Волхв даже заерзал на месте от нетерпения.

– Дальше-то что? Дальше!

– Я перламутровый камушек гладила, гладила, а он мерцает, мерцает, а потом шлеп – и уронила нечаянно в кипящий котел. Эх, думаю, какую красоту испортила. Глядь, а из кипятка на край моей посудины дивная зверушка выползла.

Шевелится, с острым хвостиком, с длинными крылышками, мордочка зубастая! Красотка перламутровая! Я ее Дивой Сестрицей нарекла. А из черного яичка Ночной Братец вылупился. Они привязались ко мне, одинокой сиротинушке, любят меня.

Баба Яга вздохнула и вдруг встрепенулась.

– А не желаешь ли и ты, Двусмыслушка, прямо сейчас в Навь прогуляться, себя испытать, за кромку ступить?

Волхв быстро кивнул, а затем пожалел, что согласился.