Яга

– А не забоишься?

Двусмысл неопределенно пожал плечами, но отказываться не стал – ведь не каждый день вот так запросто тебе предлагают совершить вояж в царство мертвых и вернуться обратно.

– Тогда и откладывать не будем, – спокойно возвестила Баба Яга. – А ну, избушка, хватит лень лелеять, поднимайся, курица, и становись к Смородинке передком, а к лесине гузкой! Да пошевеливайся, а то я не намерена ждать до самой вечерки, пока ты послушаешься.

Избушка приподнялась, зазвенев и заскрипев утварью, и принялась поворачиваться.

Волхв схватился за скамью и вглядываясь в мутное окно, обнаружил, что на дворе наступила грозовая ночь.

– Пошли! – грозно выговорила ведьма. – Да смотри, далеко от меня не удаляйся. Пропадешь!

Скрипнула дверь, и Баба Яга вышагнула наружу, а за ней и еле живой от страха Двусмысл. Там в жаркой ночи полыхала огненная река, а через нее был перекинут раскаленный кованый мост с удивительными витиеватыми балясинами и перильцами.

– Это Калинов мост?

– Да, но мы туда не пойдем. Нас на той стороне не ждут.

В подтверждение слов Бабы Яги на том берегу что-то проснулось. Огромная неизвестная тварь зашевелилась и утробно зарычала.

Казалось, что черное хмурое небо нависало прямо над головой. Волхв непроизвольно втянул голову в плечи и сгорбился. Он покорно шел за ведьмой по странному скрипящему песку к берегам пылающей Смородины, завороженно вглядываясь в огненные всполохи.

– Нынче непогодь, – пояснила Баба Яга. – Ветры пламень раздувают. Обычно речка спокойнее, и тогда можно перейти на тот берег.

Совсем скоро жар от реки стало невозможно терпеть, и Баба Яга повернула обратно.

– Неудачный день для прогулок по Нави. Пойдем домой.

Вдруг выяснилось, что Двусмысл не может вернуться по собственной воле.

Его тянуло к мосту и куда-то далее. Видимо, простым смертным, единожды попавшим в Навь, дороги назад уже не было.

Мужчина упал на обжигающий песок и пополз дальше, к реке, мосту, к собственной смерти. Баба Яга округлила глаза и, схватив Двусмысла за руку, потащила его к тяжелой двери сторожевой башни. Это было непросто – волхв цеплялся левой рукой за землю и молча сопел от натуги, но Баба Яга тянула и тянула его по малозаметной тропке к спасению.

В какой-то момент они ввалились в башню и упали на пол уже внутри избушки на курьих ножках.

– Давай, милая, крути обратно к Яви!

Избушка снова заскрипела и повернулась, впустив дневной свет через мутное окошко. Затем она замерла, и все закончилось.

Двусмысл лежал на спине, сжимая кулаки, и вдруг прошептал.

– Думал, помру сейчас.

Волхв замолк, вновь переживая свое короткое, но такое опасное путешествие в мир мертвых.

– Хозяюшка, у меня в левой руке что-то зажато, – неожиданно прошептал Двусмысл.

– Ты что-то прихватил с изнанки? – удивилась Яга.