Мама поневоле

Стоило их закрыть, как перед ними кружили вертолеты, словно я перепила алкоголя. Даже в ту ночь в клубе, когда осталась в комнате с Булатовым и отошла от тех препаратов, какие подмешала мне в шампанское Алина, я не чувствовала себя так отвратительно, как сейчас. Неужели так сказывался стресс от пережитого?

– Ксения, все в порядке, поглядите на меня? – Витя прикоснулся к моему плечу, а я вздрогнула. – Ксения? – повторил свой вопрос Витя, на что я безразлично кивнула головой и сильней прижала к себе Надюшку.

Мне вдруг захотелось сильно спать, я бы проспала несколько суток подряд, так я устала. Не знаю, сколько прошло времени, полчаса, час или два, Надя спала на моих руках, я боялась пошевелиться, чтобы ненароком не разбудить ее. Макс находился поблизости, я словно издалека слышала его голос и голос Вити, но в какой-то момент, кажется, все же задремала.

– Так, просыпаемся, да… Открываем глаза, – услышала незнакомый женский голос и очнулась ото сна. Надя тоже заворочалась и потерла маленькими кулачками сонные глаза. – Меня зовут Ольга. Я врач. Положите ребенка на диван, мне нужно вас осмотреть. Максима я уже послушала и взяла анализы. Мальчик крепкий, с ним все в полном порядке.

Я ничего не понимала, смотрела в женское лицо и заторможено переводила свой взгляд то на сына, то на женщину. Зачем меня разбудили? Она могла бы и спящей меня осмотреть и хоть литр крови выкачать, я бы ничего не почувствовала.

Макс тут же оказался рядом и взял Надю на руки, присаживаясь рядом.

– Все нормально, мам, я погляжу. Пусть доктор посмотрит тебя. С нами ничего плохого не делали и даже не трогали, просто закрыли в комнате одних. Надя долго плакала, а я не мог ее успокоить и сильно испугался, что ей станет нехорошо, – быстро пробормотал мой сын, смотря на меня встревоженным взглядом.

Спустя десять минут и кучи разнообразных вопросов, на половину из которых я не стала отвечать Ольге Романовне при сыне, женщина утвердительно кивнула и поднялась на ноги.

– По-хорошему, я бы обратилась в больницу, так как у вас, скорее всего, сотрясение мозга, – она окинула мое тело и руки быстрым взглядом, – истощение вне сомнений, а шов... – она задумчиво поглядела в сторону Вити, который сидел на кресле у окна. – Нет, шов не понадобится, но рану нужно обработать, губа сильно разбита. Все заживет само через недельку, – слегка улыбнулась и присела рядом.

Я безразлично кивнула. Мне необходимо было подняться на ноги, переодеть Надю, поменять ей памперс, на улицу и на ночь я все еще надевала его на девочку, потому что она заигрывалась и могла забыть про горшок. Затем искупать и накормить обоих детей... Ох. Лучше бы Витя отвез нас домой. Я бы отлежалась в своей кровати, а Мария Гавриловна помогла мне присмотреть за детьми.