Приграничье

Покосившееся сооружение доверия не вызывало, а отсутствие перил и стремнина внизу делали переправу увлекательным приключением. Точнее — делали бы похожим, но промелькнувшая в воде тень напрочь отбила игривое настроение.

Колдун деактивировал непонятно кем прицепленное к доскам сигнальное заклинание, и мы поодиночке начали перебираться на тот берег. Несмотря на опасения в надежности моста, переправились все благополучно. И это просто здорово: совсем не уверен, что упавшему удалось бы выплыть к берегу. Да даже если бы и удалось — не сказать, что погодка шибко к купанию в ледяной воде располагает.

Ветерок прохладненький, небо облаками затянуто. Такое впечатление — вот-вот дождь зарядит.

Дождавшись, пока все переведут дыхание и успокоятся, Григорий повел нас через прибрежные кусты, которые вскоре превратились в самый настоящий ельник. Тут уже в роли проводника пришлось выступить мне. Кто б в моем бывшем отряде подумать мог: Лед — проводник. Да мне ж в тех самых трех соснах заблудиться — как два пальца об асфальт?

Обошлось. Вскоре деревья начали редеть, и расступившиеся елки открыли каменистую дорогу.

Немного дальше среди молодого подлеска и зарослей ведьминого хлыста виднелись какие-то полуразвалившиеся постройки.

— Это, что ли, деревня твоя? — понизив голос, спросил я у доставшего бинокль Григория.

— Деревня дальше. Это от колхоза осталось, — внимательно осмотрев постройки в бинокль, ответил тот. — Смотрите, на дороге следы еще дождем не смыло.

— Мало ли кто проехать мог? — взяв бинокль у Григория, заметил дядя Женя. — Те же самые охотники.

— Ничего не чувствуете? Вроде как озоном пахнет, — потянул я носом посвежевший воздух. — Или мне кажется?

— У меня насморк, — пожал плечами Мельников и начал пробираться через кусты к дороге.

 — Шевелитесь.

— Все здесь? — обернулся Григорий, когда мы собрались на обочине. — По грязи не топчитесь. Сейчас укроемся в каких-нибудь развалинах и осмотримся. Вон тот коровник нам как раз подойдет.

— До деревни далеко? — Напалм неосторожно шагнул вперед и ступил в раскисшую от дождя дорожную грязь. — Блин, вляпался.

— Говорил же — не наследите, — зашипел на него Григорий.

— Дождь смоет.

— Какой дождь? Распогодилось.

И верно: облака вроде как расходиться начали.

Во всяком случае посветлело заметно. Вот только что-то не дает мне покоя в этих переменах погоды. А что — словами даже не объяснить. Чутье.

— Подождите, — остановил колдун двинувшегося за Григорием Второго. — Надо подстраховаться.

Неуловимое движение кистью — и по дороге полетело туманное, облако. Прежде чем оно метров через двадцать потухло, на его фоне два раза проявились перегораживающие пространство между деревьями сигнальные чары, по своей структуре напоминающие паутину.