Мои

Понятно?

— Но послезавтра у мелкой утренник… Ты помнишь? Она готовится, платье, там, и все такое… — говорит Миша тихо, и, не выдержав моего взгляда, чуть подается назад, — Вика говорит, только об этом и болтает…

— Я помню, — отвечаю я, — к пятнице я уже вернусь.

Миша, помедлив, кивает.

Я снова поворачиваюсь и иду дальше по коридору.

— Казу и Ару набери, предупреди, — продолжаю говорить я, — по всем вопросам — красный код.

Слышу, как Миша на полном ходу словно бы спотыкается, но не поворачиваюсь. И без того знаю, что для него это сюрприз.

За все время, пока он со мной работает, красный код применялся только один раз.

Когда тварь Аминов украл мою женщину, моего сына и мою еще не рожденную дочь.

Глава 42

Москва встречает хмуростью и серым низким небом.

Терпеть не могу этот гребаный город. Давить начинает сразу же, как только с трапа самолета сходишь.

Я спускаюсь к встречающей тачке, кивнув на прощание стюардессе джета.

Ар и Каз, которых я еще в первые минуты полета ознакомил со всей полученной информацией и выработал план совместных действий, торопливо идут следом.

В салоне молчим, все уже давно решено и сказано.

А лишний разговор, учитывая масштаб развернутых против меня мероприятий, только помешает.

Читаю гневное сообщение от Ани, потом отчет по действиям от Миши, затем дополнительную информацию, которую мне кинул Сонный.

Пересылаю Ару и Казу то, что их касается.

Аню и ее рычание оставляю себе. На сладкое.

Звонит Ванька:

— И надолго это, пап? — голос его мрачен сверх меры.

— Нет, — отвечаю я спокойно, косясь на водителя.

Ар поднимает стекло между пассажирским и водительским.

Смотрю, как, озабоченно хмурясь, переписывается тоже. Наверно, кошка его рыжая мозг выносит. Она это умеет делать очень качественно. Я бы не выдержал, честно, пришиб бы. Но Ар терпит. Улыбается так мечтательно.

Потому что кошка его, хоть и фырчит, но любит именно что по-кошачьи. Не рассуждая, до самого донышка. И до самой смерти. Повезло ему.

И Казу повезло.

У него Маруська до такой степени понимающая, что хоть к ране прикладывай.

— Аня злится, — говорит Ванька со вздохом, — у нее там планы были…

— Ничего, поменяет.

Аня мне не звонит, пишет, видимо, слишком злая. Слова подбирает.

Читаю ее сообщения, параллельно разговору всплывающие на экране, усмехаюсь. Бесится, тигрица моя. Ничего, решим.

— И у меня были планы, — еще мрачнее говорит Ванька.

Знаю я, что у тебя там за планы…

Перетопчешься. Во всех смыслах. Нечего девочку тревожить, она уже на брак со своим парнем настроена…

Правильная хорошая девочка.

И замуж пойдет за своего. Правильного и хорошего.

А Ванька мой только жить начинает. Не надо ему правильных и хороших. Пусть немного потренируется на не особо правильных.