ДНК. Твои не родные

— Почему он никогда ко мне не приходил?

Ее жесты отрывают от собственных мыслей и заставляют на секунду сорваться в пропасть, не зная, что ей ответить, пока не вырывается само собой.

— Потому что…потому что он не знал, что ты существуешь.

И все же солгала. Это случилось помимо моей воли. Но я бы не смогла ей сказать, что ее отец отрекся от нее и не признал своим ребенком. Такая правда никому не нужна. Правда, которая ранит в тысячи раз больнее, чем ложь и оставит шрамы на ее маленьком сердечке. И я считаю, что люди, которые, прикрываясь правдой, пытаются сделать вам больно на самом деле поступают так намеренно, в попытке вознестись над вами в момент вашей боли от их жестоких слов. И вам ничего не остается как принять эту боль — ведь это правда. Тому, кто принес свою «правдивую» весть ничего за это не будет, но он сполна может насладиться тем, как втоптал вас в дерьмо и может смаковать тем, как хрустят ваши кости под его молотом истины. Особенно такими бывают самые «искренние и любящие» друзья, которые на самом деле никакие не друзья, а бестактные и невоспитанные сволочи.

И мне не стало не на секунду стыдно за свою ложь. Стыдно пусть будет ее отцу, из-за которого я должна лгать.

— Ты ему не сказала?

И еще один удар…когда придется лгать еще больше и путаться в этой лжи. Но я не хотела сейчас продолжать эту беседу, на вопросы Маши я ответила. На те, что смогла. Не подготовленная и совершенно сбитая с толку от неожиданности.

— Так вышло, моя хорошая. Иногда некоторые вещи произносятся, но их не готовы услышать. Мы обязательно поговорим об этом еще. Я обещаю тебе. Приедем в деревню, и я расскажу тебе о твоем папе. Договорились?

Она кивнула, и я крепко обняла ее, чувствуя, как тонкие ручки сцепились у меня на шее. Отстранилась поцеловала свой палец и приложила к ее губам, Маша улыбнулась и сделала то же самое. Вот так моя хорошая. Все у нас будет хорошо мы с тобой справимся. Главное мне немного прийти в себя подальше от него и придумать как поступить дальше.

* * *Я не знала следит ли кто-то за нами, потому что людей Егора я никогда и раньше не замечала и тем не менее они знали о каждом моем шаге. Мне оставалось только надеяться, что они плохо знают город, как и сам Егор.

С Валерой встретилась в центре города вместе с Машей. Он привез билеты и показался мне каким-то уж очень дерганым.

— Зря ты, Аня, Шумакова не попросила о помощи он крутой мужик и жена у него нечто особенное святая женщина.

Он говорит, а мне каждое его слово острыми занозами прямо под ногти так что кулаки сжимаются все сильнее. А Маша то на него смотрит, то на меня. Я знаю, она читает по губам и заткнуть Валеру не могу Маша поймет, что я от нее что-то скрываю.

— Говорят она благотворительностью занимается, спонсирует детдома и дома инвалидов.