Почти счастливые женщины

Такого, чтобы не просыпаться, не открывать глаза. Потому что жить дальше она не сможет.

Спасло Алю счастливое свойство организма – в минуты страшных, казалось, непреодолимых стрессов она засыпала.

Спала крепко, без страшных сновидений, как будто рухнула в пропасть. Впрочем, именно туда она и попала… Но сон этот, темный и мутный, как воды Ганга, все же спасал. Несколько часов забытья – уже счастье. Проснулась от мысли – Анька! Глянула на часы – проспала шесть часов кряду, спасибо.

С трудом поднялась. Тело ломило, как при серьезном гриппе, чугунная голова гудела, как колокол.

Руки, ноги – все не ее, чужое. С трудом налила себе стакан воды – в пересохшем горле першило. Заболевает? Вряд ли. Лоб холодный, в носу не свербит.

В бессилии опустилась на стул, оглядела кухню – такую знакомую, такую родную, где прошла вся ее жизнь. Сначала с бабушкой, потом с мужем и дочкой. С мужем. О господи, как тяжело…

Вышла в коридор – на старом, еще бабушкином, сувенирном держателе для ключей, привезенном, кажется, из Прибалтики, не было ключей от Кратова. Все правильно, именно туда он и уехал, куда же еще. К Лобановой? Вряд ли.

К матери или к отцу – тоже вряд ли. Взрослый мужик, отец – и явиться в соплях? Дескать, жена застукала и выгнала из дома.

Смешно, как в анекдоте. Да уж, смешно… Первая мысль – снова в постель. Но нет, так нельзя. Надо себя чем-то занять."

"Принялась за уборку. Тыкала пылесосом в углы, тряпка для пыли выпадала из рук, принялась за грязную посуду и кокнула две тарелки. Устала, как после разгрузки вагона.

Что делать? Забрать Аньку, чтобы она видела ее слезы, трясущиеся руки и «чудесное» настроение? Спрашивала, где папа? Анька умница, все сразу поймет.

Точнее, поймет, что что-то случилось.

День Аля кое-как выдержала. Но утром поняла – дочку надо забирать. Иначе можно рехнуться.

Майка расставаться с Анютой не хотела, даже поныла:

– Алевтинсанна! Ну еще пару дней, а? – И, поняв, что все бесполезно, пообещала: – Ну ладно, скоро приедем.

Приехали возбужденные, счастливые обществом друг друга – взрослая девушка и ребенок. Обе такие красотки, не отвести глаз. Просто как сестры! Шушукаются, секретничают, Анька чем-то недовольна, Майка оправдывается. Ох, женщины! В любом возрасте вы женщины.

Майка внимательно разглядывала Алю.

– Что-то случилось?

Выдавив из себя улыбку, Аля поспешила ее заверить, что просто все дело в мигрени и усталости.

Майка дотронулась до ее руки:

– Алевтинсанна! Вы же знаете – я за вас порву на куски! На кого укажете, того и порву! Я же вижу – вас сильно обидели! И не притворяйтесь, я чувствую!

– Спасибо, девочка, – ответила Аля. – Да, ты права. Обидели. И даже очень. Но рвать никого не надо. Знаешь, я верю в высшую справедливость.