Помешанный на тебе

Но, к сожалению, так нельзя в нашем цивилизованном обществе. А потом судьба подкинула мне шанс. Аделина сама зашла в мою фотостудию и поинтересовалась у Эвы курсами. И вот когда она появилась на первом уроке, я понял, что дальше надеяться на судьбу нельзя. Но не все так, сука, просто. Аделина правильная женщина и не купится просто на мою смазливую внешность. Она жена и мать. Чужая запретная женщина. Не моя. Даже в фантазиях она недосягаемая. И мой больной мозг категорически отказывается это воспринимать.

Глава 5

Аделина

Никогда прежде мужчины не смотрели на меня так, как Артур. И никогда со мной так не говорили. Где каждый взгляд и каждое слово — обо мне и для меня. Словно я уже принадлежу ему. Словно мы не на лавочке в парке, а в постели. И даже в постели Тарас так со мной не разговаривал и не смотрел с таким восхищением.

Я вообще не считаю себя красавицей. Нет, я не уродина. Обычная. Каких миллионы. Обычная внешность, обычная фигура. Где-то даже немного закомплексованная. Например, из-за растяжек на животе или из-за своего низкого роста и коротких ног. Я знаю все свои недостатки. Нечем восхищаться. И уж тем более я не идеальная модель для выставки в Берлине, от которой зависит репутация мастера фотографии.

Я никак себя не скомпрометировала, не дала повода Артуру, не ответила ему взаимностью, но мне отчего-то дико стыдно перед Тарасом. Стыдно просто из-за ситуации. И снова необоснованное чувство вины перед мужем. Понимаю, что это ненормально, но все равно внутренне волнуюсь, словно предала Тараса. Мне точно нужен психолог, а вместо курса фотографии стоило бы записаться на прием к доктору."

"И уж тем более не может быть и речи ни о каких съёмках меня для выставки. Тарас будет категорически против. А я не смогу лгать супругу, как бы мне ни хотелось попасть на эту выставку, хотя бы на фотографиях.

Самолёт Тараса через два часа. Он в душе, а я спешно собираю ему чемодан, аккуратно укладывая костюмы и рубашки, чтобы не помялись в дороге.

Бережно раскладываю вещи мужа, а сама не могу выкинуть Артура из головы. Мне показалось, он был такой искренний и честный в момент, когда просил помощи. И теперь мне заведомо стыдно, что я откажу ему.

Боже, я тряпка.

«Прочь из моей головы!» — гоню от себя мысли.

Тарас выходит из душа, вытираясь полотенцем.

— Ты в чем полетишь? Сразу в костюме или в брюках и джемпере? — перебираю вещи в гардеробе спиной к мужу.

— В джемпере, — отмечает он, подходя сзади, и вдруг вталкивает меня в темную гардеробную.

— Ой, — по инерции хватаюсь за одежду, чтобы не упасть, на меня летят вешалки, одна из них попадает по виску. Больно. Всхлипываю. — Ты чего? — пытаюсь обернуться, когда Тарас задирает моё домашнее платье.

— Стой так, — велит он мне, давя на спину.