Бухгалтер Его Величества
Я так отчаянно нуждалась в деньгах, что согласилась на предложение странного работодателя, не раздумывая. Признаться, я не поверила, что мне придется управлять финансами не предприятия, а целого государства, и отправиться для этого на несколько веков назад.Хотя какая разница? Я всегда считала, что цель оправдывает средства, а деньги не пахнут. И я не сразу поняла, что настоящая любовь оценке и учету не подлежит.***– А это что такое? – уточняю я, глядя на сумму с пятью нулями в строке «На известные Его Величеству потребления».Министр Королевского двора смущается:– Расходы на фавориток, ваша светлость!– Что??? – ахаю я. – Да вы на оборону тратите меньше! – и зачеркиваю один из нулей.Министр хватается за сердце.***Однотомник.
А кому бы хотелось?
– Сделайте это так, чтобы не вызвать подозрений, – подсказываю я. – Выплатите им премию! Например, в честь праздника. Какой ближайший праздник в Тодории?
Он снова задумывается, но на сей раз ненадолго.
– На следующей неделе – день рождения принцессы Луизы.
– Вот и отлично! – одобряю я. – Раздайте им эти деньги от имени принцессы – пусть они помолятся о ее здоровье.
Он грустно кивает.
Ничего, я думаю, что даже его затвердевшее сердце дрогнет, когда он увидит радость тех, кто на эти деньги имеет гораздо больше прав, чем он сам. Ну, я на это надеюсь.
38. Премия
В тот знаменательный день, который мы с месье Дюбуа выбрали для выдачи премии работникам, я прибываю на Дикое озеро прямо с утра – после полудня я должна доложить его величеству о ходе строительства, а вечером состоится прием по случаю дня рождения принцессы.
Алан встречает меня с таким печальным лицом, что во мне пробуждается жалость. Он уже считал эти деньги своими и теперь воспринимает сию раздачу слонов как личное оскорбление.
– Послушайте, ваша светлость, – взывает он уже не к моей корысти, а к моему благоразумию, – подобное расточительство с нашей стороны может привести к тому, что люди на радостях позволят себе излишек спиртного – а это часто приводит к дракам и даже смертоубийству.
В его словах на сей раз есть разумное зерно, но отступать я не намерена.
– Но как-то же вы выдаете им заработную плату.
– По установленному правилу, – поясняет Дюбуа, – мы выдаем деньги только тогда, когда рабочие из наших деревень получают выходной и отправляются отдыхать домой.
– Отлично! – хвалю я его за такой порядок. – Так мы поступим и на этот раз. Мы объявим о большом дополнительном вознаграждении в честь дня рождения ее высочества, но выплатим его прямо сейчас только тем, кто идет домой и не станет пить и гулять на стройке. Для остальных же эта сумма добавится к их общему заработку, который они получат несколько позже.
Мой собеседник грустно кивает.
– Как скажете, ваша светлость.
На вымощенной брусчаткой площадке перед главным зданием королевской усадьбы на Диком озере собираются не меньше сотни мужчин. По случаю праздника объявлен выходной, и они уже знают, что их ожидает специальное угощение.
Я выхожу на балкон, и шум в толпе затихает.
– Рада приветствовать вас, дамы и господа!
Я не знаю, как в Тодории знать обращается к простому народу.

















