Дурман
Любовь редко выбирает удобное время. А часто ей и на "удобного" для вас человека — плевать. И теряешь разум от того, кого бы лучше обходить стороной; от того, каких клялась избегать, не желая ввязываться в их мир. Только кого интересуют твои клятвы? И что делать, если даже приняв верное решение и разорвав отношения с "нe тем", не можешь избавиться от своих чувств? Любовь это? Или дурман запретного желания? Сдаться или душить на корню? А если не душатся чувства, имеешь ли право им поддаться? Да и примут ли с ними теперь тебя?
И, с невозмутимым видом, ничего не объясняя, заявил, что вновь их сопровождает, на всякий случай. А Тане было забавно смотреть, как он невозмутимо использовал этот предлог, чтобы по клинике пройтись с полным правом.
ГЛАВА 29
Теперь Таня вела себя иначе. Не было неосведомленности их первой попытки жить вместе; отсутствовало и отреченное нежелание узнавать истинные мотивы друг друга — второго раза. Они оба понимали, на что пошел другой ради общего взгляда на свою реальность. Оба ценили эти уступки.
— Ключи от квартиры сдай, Танечка — потребовал Виталий, едва она переступила ворота дома в первый вечер. — Больше я тебя туда, хр** отпущу, — протянул руку и глянул с повелением.
Она не спорила. Даже улыбнулась такому категоричному требованию. Молча вытянула ключи из сумки и отдала ему.
— Я ее продать хочу, Виталь, — поделилась с ним тем, о чем уже несколько дней думала. — Чтобы закрыть прошлое окончательно. И мое, и наши все недопонимания. Только, если можно было бы это как-то тихо сделать, чтоб родные пока не узнали, — она устала после дежурства, погрузила пальцы в волосы и помассировала кожу головы. — Они мне ее подарили, конечно, но начнут волноваться. Я же до сих пор отчима за нос вожу, — она виновато глянула на мужа. — Не хочу, чтобы они нервничали.
Казак только хмыкнул, притянул ее ближе к себе и поцеловал, затянул в дом.
— Думаешь, твой отчим не знает, что у тебя и как, если про нас с Димой в курсе? — поинтересовался он."
"Озвучив затаенные опасения Тани, между прочим. Потому как Миша хоть и не поднимал больше эту тему в разговорах с ней никогда, но порою такие намеки многозначительные делал, так делами интересовался, что Таня терялась. И не могла ответ придумать. А вот мать точно не знала. Наверное, Миша решил ее не втягивать в это, не волновать жену лишний раз. Да и Таня не торопилась маму в сокровенное посвящать.
— Думаешь, знает? — обеспокоено глянула на мужа.
Виталий не думал. Он точно знал, что отчим Тани в курсе их отношений. Этот Михаил связался с ним еще весной, когда Таня в больницу попала. И прямо пригрозил оторвать ему яйца, достав если не через законные методы, то по их же, Виталиным каналам. Много тех, кто за долгие годы Михаилу должен или благодарен и по ту сторону закона, что он и использует, если Казак его дочку обижать будет.
Виталя в ответ не воздержался от высказываний о том, что Таня и сама с ним такое сделать может. Просто потому, что всего Виталю, все его нутро в своих руках держит, х*р с ними, с яйцами теми. Не велика потеря. Он тогда за ее жизнь боялся, и все эти угрозы по боку. Так и сказал Михаилу. Поговорили, короче. Нормальный мужик, по ходу. Жаль, что по ту сторону закона. Из него четкий бы «их» человек вышел. В «шестерках» не сидел бы точно.
В общем, они друг друга поняли.

















